Андрей Онистрат: «Налицо жесткий беспредел со стороны налоговой»

Глава набсовета банка «Национальный кредит» – о проверках банковской системы и осенних сценариях для финучреждений

Андрей Онистрат – один из амбициозных банкиров. Начав свою карьеру в киевском городском филиале Укрсоцбанка, он смог «повернуть» кризис в свою пользу, в 2009 году выкупив у семьи легендарного украинского банкира Владимира Матвиенко банк «Национальный кредит». Сегодня банк входит в группу небольших по классификации НБУ, с активами в 2,5 млрд гривен.

Фото: Александр Козаченко для «Forbes Украина»

В 2011 году Онистрат вовремя поймал тенденцию моды на электронные платежи – и запустил одну из крупнейших в стране сетей терминалов пополнения. Сможет ли он развернуть текущие события в свою пользу? Как раз накануне встречи с журналистом Forbes в банке Онистрата прошел обыск налоговой. О причинах визита налоговиков, возможностях заработать  в кризисное время, и том, как побороть коррупцию, Андрей Онистрат рассказал в интервью Forbes.

– Сегодня в стране насчитывается 16 неплатежеспособных банков. В части из них работает временная администрация. Как вы считаете – можно ли спасти эти банки и вывести их на платежеспособность?

  – Мы изучали многие банки из тех, в которые сейчас введена временная администрация или которые находятся в стадии ликвидации. Нас интересовала покупка их активов. Во время аудита мы смотрели, что есть на балансах этих учреждений. И, как оказалось, на балансах нынешних неплатежеспособных банков фактически нет ничего. Можно сказать, что они пустые. Там нет интересных активов, средства от продажи которых могли бы использоваться для погашения долгов перед вкладчиками. Сейчас у многих есть проблемы, и это закономерно, учитывая общую ситуацию в стране. Я не исключаю, что в обозримом будущем государству придется спасать большие системные банки за счет бюджетных средств.

– Вы предполагаете возможную национализацию?

– Да. Не у всех системных банков сегодня дела идут хорошо. Многим придется докапитализироваться. И

Конвертатор – мужчина от 28 до 45 лет. Одет с иголочки. Любитель неформального стиля одежды... Как обезьянки, они любят дорогие побрякушки: золото, часы, телефоны

результаты стресс-тестов первой группы банков, которые регулятор провел по настоятельным рекомендациям МВФ, тому свидетельство. Образовавшаяся ситуация может быть критична, если кто-то из крупных банков не выдержит. Сегодня банкротство крупного банка может привести к коллапсу банковской системы. Инвесторов, которые готовы и способны покупать такие проблемные банки, я не вижу ни в Украине, ни за ее пределами. Поэтому единственно возможным положительным сценарием будет спасение проблемного банка непосредственно государством. И уже озвучивалось, что на эти цели из бюджета планируется выделить порядка 20 млрд гривен.

– Вы сравниваете проблемы у крупного или крупнейшего банка с событиями, которые произошли в банковской системе осенью 2008 года, после введения временной администрации в Проминвестбанк?

– Нет. Проблемы украинской банковской системы, которые могут возникнуть в будущем из-за неприятностей у крупного системного банка, я бы все же сравнил с последствиями для экономики от банкротства Lehman Brothers.

– Общаетесь ли вы с Владимиром Матвиенко – бывшим главой НБУ и владельцем Проминвестбанка и банка «Национальный кредит»?

– С «дедушкой» – Матвиенко, как его называют банкиры – Владимиром Павловичем – я встречался лишь несколько раз. Чаще я общаюсь с его сыном Павлом, который был моим предшественником в банке «Национальный кредит». По моим впечатлениям, Владимир Павлович – это настоящий «красный директор». Но не в промышленности, а в банковской сфере. Он был эффективным в начале 90-х. Но у таких волевых людей есть одно свойство – они очень долго принимают решения и не любят компромиссов. Я допускаю, что из-за этого Владимир Матвиенко в свое время, по сути, потерял Проминвестбанк.

– А вы рассматриваете варианты покупки не проблемных финансовых учреждений? 

– Я не знаю, кто на банковском рынке сегодня чувствует себя действительно хорошо. Да, мы проводили due diligence в некоторых учреждениях. В том числе мы рассматривали Universal Bank греческой группы Eurobank. Николай Лагун купил его за 95 млн евро. Мы предлагали около 20 млн евро. Я не совсем понимаю, за что именно Лагун заплатил такие деньги. Возможно, операция проводилась для увеличения капитала самой группы «Дельта».

Андрей Онистрат: «Налицо жесткий беспредел со стороны налоговой»
Фото: Александр Козаченко для «Forbes Украина»

– У Eurobank в Украине были активы в недвижимости. Может быть, они заинтересовали Лагуна? 

– И, тем не менее, не думаю, что они стоили таких денег.   

– Насколько прибыльным сегодня является банковский бизнес?

– Для нас – малоприбыльным. Клиентам непросто, и это не может не отображаться на нас. Но у нас есть целая группа хороших клиентов, которые выполняют свои обязательства. Пусть это звучит непопулярно, но я придерживался такой стратегии: отпускать проблемных клиентов и не бороться за них. В прошлом году некоторые из наших проблемных клиентов ушли в другие банки. В итоге многие из этих клиентов вообще оказались неплатежеспособными.

– А насколько выгодным сегодня является бизнес по электронным платежам? У вас же одна из самых крупных сетей терминалов пополнения?

– Да, у нас около 5000 терминалов пополнения по всей стране. Это очень хороший бизнес, хотя и низкомаржинальный. А в условиях АТО он еще и один из самых рискованных. Но мы минимизировали риски и вывезли свои терминалы еще в начале боевых действий. Пусть это было и дорого, но, как показала практика, очень своевременно.

– Кто ваш основной конкурент?

– ПриватБанк. Сегодня это конкурент для всех банков, работающих в Украине. Но, думаю, что «Приват» меня не видит и под микроскопом. 

– Валерия Гонтарева заявила, что будет вести борьбу с неплатежеспособными банками и банками- конвертаторами. По данным Forbes, на этом, в том числе, настаивает FATF, которая сейчас проводит новый аудит Украины. Как, по вашему мнению, это изменит картину теневой экономики?

   – Позиция НБУ мне понятна, и, по большому счету, я ее поддерживаю. Из всех контролирующих органов наиболее эффективно работать сегодня получается только у Нацбанка. Регулятор действительно активно ликвидирует те банки, которые еще год назад назывались «площадками». Тогда они, так сказать, были «лицензированы» Нацбанком для работы с обналом. Сейчас мы видим, что эти «площадки» лишаются лицензий и закрываются. Если же говорить о фискальных органах, то ситуация кардинально отличается. Могу сказать, что налицо жесткий беспредел со стороны налоговой. Учитывая, что в контролирующих органах на должностях остались практически все те же, что и до «революции чести», складывается впечатление, что они работают в формате «как в последний день».

– В связи с чем у вас проходила налоговая проверка?

 У нас не проходила налоговая проверка, у нас был обыск. Формально в постановлении в качестве причины значилось изъятие документов в банке. Мы сразу заявили о готовности представить все требуемые документы, и просили лишь об одном – не блокировать работу. Но руководитель следственной группы наотрез

ПриватБанк – это конкурент для всех банков, работающих в Украине

отказался и остановил работу банка на целый день. Кроме того, сотрудники налоговой были беспардонны: оскорбляли сотрудников банка, курили в кабинетах и вели себя просто недостойно. За мою 15-летнюю практику такое откровенно хамское поведение я видел впервые.

– По вашим оценкам, какая часть украинской экономики не может работать без тени? 

– У теневой экономики есть два основополагающих начала. Первое – это контрабанда, которая дает большое поле для маневров всем контролирующим органам. Второе – коррупция. Сначала мзду собирает таможня, потом налоговая, потом еще раз налоговая у тех, кто платит на конвертаторов, потом подключаются СБУ, УБЭП, УБОП и другие контролирующие органы. В результате товары для украинцев становятся дороже, а жизнь бизнеса тяжелее. А чиновники с официальной зарплатой в 5000 гривен носят часы за 20 000 долларов и ездят на дорогих автомобилях. Основа всему – коррупция и безнаказанность.

– В какой мере банковская система интегрирована в теневую экономику? 

– Теневая экономика не может работать без банков. Если сравнивать теневую экономику с кровеносной системой, то банки – ее артерии и жилы. Многие из банков уже закрыты по экономическим или политическим причинам. Возможно, кто-то еще продолжает работать.

– Вы считаете, что новые руководители налоговой смогут побороть теневую экономику? 

– Все зависит от того, насколько это будет им нужно, и останутся ли двойные стандарты, которые применялись всегда. Пока будут работать двойные стандарты и коррупция – ничего не изменится. Заставить одних платить, а вторым позволять воровать – так не получится. Непрозрачность контролируемой системы порождает теневую экономику и двойные стандарты: популистское декларирование одного и практичное применение другого.

Я сторонник радикальных мер. Пока не будет распутан клубок «рукомойства» – таможня, налоговая и контролирующие органы – все попытки борьбы с коррупцией будут тщетны. Нужно идти путем упрощения администрирования налогов, чистоты и прозрачности работы таможни, а для этого надо публично садить всех, кто был замечен в коррупции, причем надолго. Тогда, может быть, мы действительно чего-то добьемся.

– Вы часто употребляете слово «конвертатор». Как вы себе его представляете?

– Как правило, это мужчина от 28 до 45 лет. Одет он с иголочки. Это любители неформального стиля одежды. Конвертаторы очень редко носят костюмы, но, как обезьянки, любят дорогие побрякушки: золото, часы, телефоны. Ездят на дорогих пафосных автомобилях, посещают дорогие спортивные клубы, сидят в дорогих ресторанах или даже являются их владельцами.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Бизнес
СFO «Азовобщемаша»: мы рассчитываем на внутренний рынок
Финансовый директор «Азовобщемаша» Андрей Малюга о попытках компании выжить, иранских партнерах и ситуации с кредиторами
Игорь Львов: «Киевстар» и УкрПочта должны были брать все возможные лицензии, в том числе финансовые»
Эксперт рынка платежей - о конкуренции между банками и интернетом и о том, как работают переводы из ДНР и ЛНР
«И корабль плывет»: что происходит с валютой
Как сезонные работы аграриев и подготовка к приватизации влияют на курс гривны
Все материалы раздела
FORBES В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ
Комментариев 0
Войдите, чтобы опубликовать комментарий
Выбор редактора
Олигархи под подозрением: кому нужен Архив клептократии и почему в него попали лишь «избранные»
Олигархи под подозрением: кому нужен Архив клептократии и почему в него попали лишь «избранные»
Украинские публичные персоны готовы оспаривать данные, опубликованные в Архиве
52% за Brexit: британцы поддержали выход из ЕС
52% за Brexit: британцы поддержали выход из ЕС
Решение Объединенного королевства о выходе из Евросоюза всколыхнуло мировые рынки
«Приват» государственного значения: чем рискует НБУ?
«Приват» государственного значения: чем рискует НБУ?
На ПриватБанк приходится половина всего рефинансирования, выданного финансовым учреждениям Украины
На страже стабильности: как инновации помогают выстоять во время кризиса и войны
На страже стабильности: как инновации помогают выстоять во время кризиса и войны
Украинские инвесторы и предприниматели способны решать проблемы с вооружением, экологией и ограниченностью энергоресурсов
Сейчас на главной
Третий выстрел: Крым начинает ощущать дефицит природного газа
Третий выстрел: Крым начинает ощущать дефицит природного газа
Его ранее восполняла Украина
Игорь Львов: «Киевстар» и УкрПочта должны были брать все возможные лицензии, в том числе финансовые»
Игорь Львов: «Киевстар» и УкрПочта должны были брать все возможные лицензии, в том числе финансовые»
Эксперт рынка платежей - о конкуренции между банками и интернетом и о том, как работают переводы из ДНР и ЛНР
Forbes рекомендует: куда пойти 29 августа — 4 сентября
Forbes рекомендует: куда пойти 29 августа — 4 сентября
Актуальное искусство во Львове, новый взгляд на работы отечественных классиков 1960-80-х в Национальном музее, очередной выпуск «Уличной еды» и другие события недели
СFO «Азовобщемаша»: мы рассчитываем на внутренний рынок
СFO «Азовобщемаша»: мы рассчитываем на внутренний рынок
Финансовый директор «Азовобщемаша» Андрей Малюга о попытках компании выжить, иранских партнерах и ситуации с кредиторами