Зерно войны: из агробизнеса – в волонтеры

Всеволод Кожемяко построил одну из крупнейших зерноторговых компаний в Украине. Война на востоке изменила его приоритеты. Как развивается холдинг «Агротрейд», пока его хозяин ездит на передовую и помогает солдатам?
Всеволод Кожемяко не кичится богатством, а из всех городов больше всего любит родной Харьков
Игорь Чекачков для Forbes Украина

В начале мая солдаты 92‑й отдельной механизированной бригады во время боя под Луганском взяли в плен двух российских диверсантов. Первым, кому они передали содержимое телефонов пленных спецназовцев, был харьковский бизнесмен Всеволод Кожемяко. Почему? Основатель холдинга «Агротрейд» Кожемяко  – один из самых активных волонтеров, помогающих украинским бойцам, которые воюют в зоне АТО на востоке Украины. Начиная с апреля 2014‑го он принимал непосредственное участие в формировании батальонов, основал благотворительный фонд «Мир и порядок» и уже больше года снабжает военных всем необходимым. Помогает он не абстрактно, а конкретным подразделениям, и 92‑я бригада в их числе. «Всеволод хорошо знает многих бойцов, пользуется у них большим авторитетом,  – говорит журналист и военный эксперт Юрий Бутусов.  – В отличие от многих других неравнодушных бизнесменов, эту войну он пропускает через себя».

Волонтер фонда «Армия SOS» Ярослав Тропинов рассказывает, что неоднократно встречался с Кожемяко на передовой. «Всеволод много времени проводит с подшефными подразделениями на фронте, – констатирует Тропинов. – Так он лучше понимает, в чем они нуждаются, чем их следует обеспечить». Кожемяко привык контролировать процессы, и это не удивительно – почти 20 лет он занимается сложным зерноторговым бизнесом. В волонтерстве предприниматель использует те же приемы, что и в развитии компании: планирование, инвестиции, контроль, работа с партнерами и контрагентами. Благодаря этому в волонтерской деятельности 43‑летний Кожемяко не менее эффективен, чем в бизнесе. «Я видел, как Всеволод приглашал в одно из своих подразделений шведского снайпера Микаэля Скилта. Он делал это так, будто подбирал финансового директора в свою компанию»,  – вспоминает Бутусов.

Принадлежащий Кожемяко холдинг «Агротрейд» входит в десятку крупнейших в Украине экспортеров зерна. На него приходится 3% этого рынка. Выручка компании в 2014‑м превысила $310 млн. «Год назад я думал, что Всеволод все бросит и уйдет воевать буквально  – настолько он был наэлектризован,  – рассказывает владелец группы компаний «Рамбурс» Алексей Гаврилов.  – После долгих обсуждений мы пришли к выводу, что эффективней будет инвестировать в профессионалов военного дела».

С капиталом $81,2 млн Кожемяко занимает 58‑е место в рейтинге 100 богатейших украинцев по версии Forbes. Он не похож на классического участника списка. Открытый, очень эмоциональный, без налета пафоса, Кожемяко говорит то, что думает, в удобной для себя манере. «У него никогда нет задних мыслей. Всеволод вываливает собеседнику в лицо все, что его беспокоит, и в весьма понятных выражениях,  – характеризует Кожемяко Гаврилов.  – У него мышление «черное – белое» выражено сильнее, чем у подавляющего большинства людей».

Бутусов с основателем «Агротрейда» познакомился в апреле 2014‑го в Днепропетровске, когда Кожемяко приехал искать единомышленников для создания фонда «Мир и порядок». «Мы обсуждали вероятность российского вторжения, необходимость формирования батальонов… Он и словом не обмолвился о бизнесе,  – вспоминает Бутусов.  – Только когда Всеволод ушел, мне сказали, что этот человек фигурирует в рейтинге Forbes. Я в это даже сразу не поверил. Он мог бы прекрасно реализоваться в роли военного лидера».

Кожемяко учился не на военного, а на лингвиста. В 1989‑м будущий бизнесмен уехал из родной Полтавы в Харьков. Там он стал студентом факультета иностранных языков Харьковского государственного университета имени В.Н. Каразина. «Родители помогли мне понять, что знание языков было в то время единственным способом увидеть мир, узнать другую культуру,  – говорит Кожемяко.  – К нам приезжало много иностранцев, и нас, студентов, ставили к ним в сопровождение». Во время практики юноша посетил несколько европейских и азиатских стран. Ездил он в качестве переводчика, участвовал в бизнес‑переговорах. «Тогда я увидел: есть еще что‑то, кроме базаров и рэкетиров. И к этому нужно стремиться,  – вспоминает предприниматель.  – Тогда же я понял, что не хочу быть просто переводчиком, у меня появилось желание стать непосредственным участником событий и договоренностей».

В начале 1990‑х Кожемяко устроил­ся в украинское представительство одной из частных иностранных компаний. Она покупала в Украине и России продукцию машиностроения и продавала ее на азиатский рынок. Кожемяко общался с местными производителями и контролировал своевременность поставок товара. Ему платили $300 в месяц. Такая работа будущему коммерсанту быстро наскучила. В 1995‑м он устроился на товарную биржу «Заря», где проработал чуть более года. И после того как самостоятельно провернул несколько крупных сделок, отправился в свободное плаванье.

Как и многие другие предприниматели, впоследствии сколотившие капитал на агробизнесе, Кожемяко работал с крестьянами. Поставлял фермерам топливо, запчасти и удобрения, а подсолнечник, кукурузу и пшеницу, которыми с ним расплачивались, продавал представителям зарубежных трейдеров. «Это была гарантированная возможность получить живые деньги»,  – вспоминает Кожемяко.

В созданной им «Восточно‑ Украинской агропромышленной компании» работали 24-25‑летние коммерсанты. Кожемяко нанимал только молодых людей: они, по его словам, быстрее все схватывали. «Мы набивали шишки и обретали бесценный опыт. Например, поняли, что деньги давать селянам можно только под уборочную, нельзя много давать в одни руки, нужно контролировать своз зерна и находиться в тесном контакте со всеми руководителями сельхозпредприятий,  – делится бизнесмен.  – За каждым менеджером было закреплено несколько хозяйств. Именно так мы интуитивно применяли первые элементы риск‑менеджмента».

В начале 2000‑х компанию переименовали в «Агротрейд». К этому времени Кожемяко хорошо знали как поставщики сельхозпродукции, так и зарубежные трейдеры. Одним из покупателей было украинское представительство крупной международной компании Alfred C. Toepfer International. «Мы были довольны сотрудничеством с Кожемяко, он всегда вел себя порядочно, выполнял все контракты. В те времена это была редкость»,  – рассказывает Ирина Присяжнюк, генеральный директор компании ADM Trading Ukraine (до апреля 2014‑го называлась «Alfred C. Toepfer Украина».  – Forbes). Они до сих пор сотрудничают с «Агротрейдом».

Кожемяко начинал как посредник, товар сбывал в порту. «Всеволод  – очень амбициозный человек, ему было интересно развивать этот бизнес, пробовать разные способы торговли»,  – отмечает Присяжнюк. Кожемяко быстро понял, что нужно переходить на новый уровень и обзаводиться инфраструктурой. «Конкурировать с международными трейдерами не может ни одна украинская компания, наша страна для них всего лишь одна из 20 или 40,  – признает владелец «Агротрейда».  – Но в некоторых вопросах локальные игроки намного гибче. Скорость принятия решений  – наше конкурентное преимущество». К примеру, именно украинские трейдинговые компании первыми приобрели элеваторы, международные  – последовали их примеру позже. «На определенном этапе начался двусторонний процесс: транснациональные компании стали напрямую покупать у производителей зерно, а украинские  – пробовали себя в международной торговле»,  – рассказывает директор торгового департамента ADM Trading Ukraine Алексей Кособоков.

Большинство отечественных трейдеров продают зерно на элеваторе (условия EXW), в порту (CPT) или на борту судна (FOB). Кожемяко пошел дальше: часть контрактов он заключает на условиях CIF, то есть доставляет зерно в порт зарубежного покупателя. Это сопряжено с определенными рисками и затратами  – страховкой груза, оплатой фрахта  – и не всегда финансово более выгодно, чем продажа на условиях EXW, CPT или FOB. Но зато расширяет круг покупателей и увеличивает возможности для трейдера. «Мы хорошо известны в узких кругах,  – говорит Кожемяко о своей работе с зарубежными покупателями.  – В этом бизнесе многое завязано на личных отношениях. Даже в период, когда у нашей страны не лучший имидж на международном рынке, те покупатели, которые знают тебя как надежного партнера, пойдут навстречу. Они заряжены на долгосрочные отношения». У «Агротрейда», по словам бизнесмена, как и у других компаний, бывают споры с торговыми партнерами. Доходит и до судов. «Но в итоге мы всегда договариваемся. Это вопрос времени и готовности сторон к компромиссу»,  – отмечает Кожемяко.

Многие аграрные бизнесмены, начинавшие как посредники, со временем построили вертикально интегрированные холдинги  – собрали земельный банк, занялись растениеводством («Нибулон», UkrLandFarming), некоторые пошли дальше  – в переработку (Allseeds, «Keрнел»). Их примеру последовал и Кожемяко. В 2006‑м «Агротрейд» занялся земледелием. Начал с 3000 га. Сейчас земельный банк компании составляет 65 000 га. «Тогда мы хорошо заработали на растениеводстве и решили дальше развивать это направление»,  – говорит Кожемяко. Но была еще одна причина, по которой бизнесмен захотел примкнуть к когорте латифундистов: как и большинство коллег, он планировал провести IPO холдинга. Для этого ему нужно было «добавить компании веса». Земельный банк в 2007–2008 годах, когда Кожемяко впервые готовился к размещению, был для агрохолдингов тем самым весом.

Размещение акций тогда он счел более привлекательным, чем кредитную иглу, на которой сидит подавляющее большинство аграрных компаний. Длительное время Кожемяко развивал бизнес без займов. «Долг всегда давит на человека и на компанию,  – объясняет он.  – Каждый раз, когда ты берешь кредит, начинаешь с первого дня думать о том, как будешь его погашать». Привлечение денег от иностранных инвесторов через продажу акций  – другое дело. Однако первая попытка сделать «Агротрейд» публичной компанией не увенчалась успехом: грянул кризис, и IPO отложили до лучших времен. Вторая попытка, предпринятая в конце 2011‑го, закончилась так же  – акции публичных украинских компаний теряли в цене. На тот момент «Агротрейд» обрабатывал 45 000 га земли и в рамках подготовки к IPO заявлял о планах вырасти до 120 000 га к 2015‑му, инвестировать в элеваторы и построить перерабатывающее предприятие. Когда стало понятно, что размещение придется отложить, от планов привлечь сторонние инвестиции все же не отказались. В 2012 году «Агротрейд» привлек кредит ЕБРР на $28 млн. Деньги вложили в расширение инфраструктуры и строительство семенного завода. Сейчас у компании 12 элеваторов мощностью 0,5 млн т. Что касается земли, то за последние четыре года поля «Агротрейда» увеличились всего на 20 000 га. Растениеводство не стало сильной стороной компании. EBITDA у «Агротрейда»  – около $77 на гектар, в то время как у компании «Сварог» (№1 в рейтинге эффективности Forbes)  – почти в 10 раз больше.

«Не люблю, когда мне рассказывают, как жить и что делать, тем более  – внешние агрессоры»

«В чем Всеволод ас, так это в трейдинге,  – отмечает гендиректор холдинга «Индустриальная Молочная Компания» Алекс Лисситса.  – У него очень сильные позиции в этом бизнес‑сегменте: развитая инфраструктура, команда профессионалов». По словам Лисситсы, сельхозпроизводство  – одно из самых сложных и трудоемких направлений агробизнеса. Сейчас не лучшее время концентрироваться на нем, если в структуре бизнеса компании есть другие сильные позиции. «Если раньше агрохолдинги шли по пути диверсификации, набирали всего и побольше: землю, хранилища, развивали трейдинг,  – то сегодня настало время, когда этот бизнес не приносит сверхприбыли, как прежде. Выигрывают компании, которые концентрируются на чем‑то одном и доводят это до совершенства»,  – констатирует Лисситса. С ним согласен управляющий директор компании ICU Макар Пасенюк, который помогал «Агротрейду» в подготовке к IPO. «Когда холдинг готовился к размещению, главной трудностью было позиционирование его инвестиционной истории. Тогда было уже много публичных агрохолдингов, которые занимались всем, а в большинстве своем – фармингом,  – рассказывает Пасенюк. – Инвесторам нужно было предложить что-то новое». Он советовал Кожемяко позиционировать компанию как value chain manager (зерноторговую), наподобие Viterra или Gavilon, которые сосредоточены на трейдинге и не занимаются сельхозпроизводством. Следуя этой логике, Кожемяко и развивает свою компанию. Более 80% в структуре его выручки приходится на торговлю зерном.

«Агротрейд» – системная и структурированная компания, – отмечает Пасенюк. – Небольшие размеры и выраженная специализация делают ее интересным объектом для поглощения стратегическим инвестором, который хотел бы увеличить глубину своего присутствия в украинском агробизнесе или зайти на рынок».

Кожемяко не отрицает, что, если поступит интересное предложение, рассмотрит возможность привлечения инвестора или бизнес-партнера. «С удовольствием уступил бы этому человеку даже право руководить, если бы он разбирался в вещах, которыми мы занимаемся, лучше, чем я,  – говорит бизнесмен.  – Я дорожу компанией и считаю ее делом своей жизни, но понимаю, что иногда интересы собственника идут вразрез с интересами компании. Порой на совещаниях я замечаю, что веду себя как собственник, а не как менеджер».

Называя себя сторонником менеджерского, а не собственнического подхода, Кожемяко старается делегировать больше полномочий подчиненным. Сейчас для него это актуально, и не только с точки зрения теории управления. «Не представляю, когда Всеволод успевает заниматься бизнесом, я думал, он давно все продал,  – удивляется Бутусов.  – Я встречаю его на переговорах по военным вопросам и в Киеве, и в Харькове, комнаты для отдыха в его офисе превращены в рабочие склады со снаряжением для бойцов».

До того как заняться волонтерством, Тропинов из «Армии SOS» работал инвестиционным банкиром. Он хорошо знает Кожемяко и его бизнес. «Я долго не мог понять, зачем человеку, у которого в жизни все сложилось, ввязываться в войну»,  – говорит он. «Свобода для меня  – основное и неоспоримое условие полноценного развития человеческой личности,  – объясняет Кожемяко.  – Не люблю, когда мне рассказывают, как жить и что делать, тем более  – внешние агрессоры».

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Бизнес
Украинская рулетка: граждане и бизнес потеряли в банках-банкротах свыше 300 млрд гривен
Можно ли построить в Украине европейскую систему гарантирования вкладов
Почему автоконцерны активно инвестируют в сервисы такси
Для производителей авто это вклад в будущее
Новое лицо: табачный дистрибьютор «Мегаполис-Украина» занялся ребрендингом
Почему монополист решил изменить свой имидж и поможет ли это избавиться от негативного образа
Все материалы раздела
FORBES В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ
Комментариев 0
Войдите, чтобы опубликовать комментарий
Выбор редактора
На страже стабильности: как инновации помогают выстоять во время кризиса и войны
На страже стабильности: как инновации помогают выстоять во время кризиса и войны
Украинские инвесторы и предприниматели способны решать проблемы с вооружением, экологией и ограниченностью энергоресурсов
В зоне риска: Фидобанку предрекают банкротство
В зоне риска: Фидобанку предрекают банкротство
Как и почему банковский рынок Украины может потерять еще одного игрока
Киевский банкрот: банк «Хрещатик» объявлен неплатежеспособным
Киевский банкрот: банк «Хрещатик» объявлен неплатежеспособным
Акционеры оставили финучреждение без поддержки. Горадминистрация Киева требует вмешательства правоохранителей
Зима под санкциями: кому досталась основная часть пассажиропотока Украина – Россия
Зима под санкциями: кому досталась основная часть пассажиропотока Украина – Россия
И как украинская сторона сумела компенсировать отсутствие российского рынка
Сейчас на главной
Украинская рулетка: граждане и бизнес потеряли в банках-банкротах свыше 300 млрд гривен
Украинская рулетка: граждане и бизнес потеряли в банках-банкротах свыше 300 млрд гривен
Можно ли построить в Украине европейскую систему гарантирования вкладов
Верю — не верю: Биотех-реабилитация раненых
Верю — не верю: Биотех-реабилитация раненых
Используя клеточные технологии, украинские медики научились восстанавливать поврежденные конечности. Официальная медицина упорно не признает этот метод. Но факты говорят сами за себя
Почему автоконцерны активно инвестируют в сервисы такси
Почему автоконцерны активно инвестируют в сервисы такси
Для производителей авто это вклад в будущее
В гостях у Кафки: 7 фильмов Тима Бертона
В гостях у Кафки: 7 фильмов Тима Бертона
Какие фильмы этого режиссера стоит посмотреть, чтобы проникнуться его эстетикой