Война и сыр: как украинский молочник противостоит санкциям и конкурентам

Крупнейший экспортер украинских сыров Анатолий Юркевич еще в 2006-м предвидел торговую войну с Россией и сумел не потерять рынок. Ему помогли вовремя купленные за границей заводы и сверхжесткий стиль управления
Анатолий Юркевич занялся молочным бизнесом ради долларовой выручки
Владимир Герасимов для Forbes Украина

Когда бизнесмен Анатолий Юркевич купил в 1997 году свой первый сыроваренный завод в Каменце‑Подольском, о производстве сыра он не имел ни малейшего представления. На помощь пришла мать  – Ольга Юркевич. «Я прочитала книжку о технологии переработки молока, подсчитала рентабельность и поняла, что это выгодно»,  – вспоминает она. За специалистами Ольга отправилась в Польшу, благо родилась в Западной Украине и неплохо владеет польским языком. Купила в ближайшем к границе магазине сыр. «Попробовала  – он мне понравился,  – вспоминает Ольга Юркевич. – Спросила у местных жителей, кто его сделал. Мне ответили, что это здешний сыродел пан Поплавский, и показали дорогу к его заводу». Поплавский пригласил будущую коллегу на свое предприятие, рассказал о технологии. А через неделю, захватив польские закваски, приехал на завод в Каменец‑Подольский.

Ольга Юркевич до сих пор отвечает в компании за производство. Каждые две недели она обязательно едет на одно из предприятий. Ее годовое вознаграждение сейчас выше, чем у сына. «Так сложилось исторически»,  – пожимает плечами Анатолий Юркевич. Согласно годовому отчету компании, в 2013‑м Ольга получила почти 421 000 евро, а Анатолий  – меньше на 109 000 евро. Хотя из 73,5% молочного бизнеса Юркевичей 52%  – у сына.

Сейчас международная группа Milkiland Юркевичей  – крупнейший экспортер сыра из Украины – входит в тройку лидеров по объемам продаж на внутреннем рынке с долей 7%. В группу входит 10 предприятий в Украине, два в России и одно в Польше, а также четыре агрофирмы с общим поголовьем 7800 коров. В рейтинге Forbes «200 крупнейших компаний» с выручкой за прошлый год 341 млн евро и EBITDA в 33,4 млн евро Milkiland занимает 56‑е место. Компания «Молочный Альянс», ближайший конкурент, обосновалась на 103‑й позиции. Состояние самого Юркевича Forbes оценил в $61 млн (№97 в списке богатейших украинцев).

Уйти в бизнес с должности преподавателя Киевского высшего военного инженерного училища связи Юркевича заставил распад Советского Союза. «Было понятно, что предстоял бурный этап сокращений, уменьшения, застываний»,  – вспоминает бизнесмен. Его дипломная работа касалась сигналов доступа с космических станций  – тема для Украины потеряла актуальность. Решение Юркевича стало шоком для родителей, но они поддержали сына  – морально и деньгами. Юркевич и еще шесть связистов (выпускники и преподаватели) в 1992 году создали фирму «Банкомсвязь», которая занималась организацией передачи данных, в том числе для первых украинских банков.

Но первый миллион долларов Юркевич заработал на продаже шпрот. «Банкомсвязь» стала параллельно заниматься торговлей: компания покупала машиностроительное оборудование, в Казахстане его меняли на пищевую жесть, которая затем отправлялась в страны Балтии, а оттуда в Украину шли рыбные консервы.

Через год между основателями начались разногласия по поводу развития компании, и они решили разойтись. Один из учредителей, Юрий Безбородов, впоследствии создал «Голден Телеком» – оператора мобильной связи. Юркевич вместе с приятелем Михаилом Поповым продолжил заниматься торговлей.

Продажи шпрот ТМ «Море» приносили молодым предпринимателям хорошие деньги. «В месяц мы продавали примерно на $8 млн»,  – вспоминает бизнесмен. Но доходы зависели от колебаний курса доллара  – нужна была валютная выручка. «Из экспортных возможностей были либо зерновые, либо молочная продукция,  – поясняет Юркевич.  – На западных рынках были хорошо востребованы казеин и сухое молоко». Почему бизнесмен пошел именно в пищевую отрасль, а не в нефтяную или горно‑металлургическую, как многие другие в то время? «В топливном бизнесе слишком много стреляли»,  – говорит он. По словам одного из приятелей Юркевича, друг предложил тому заняться нефтепереработкой в Казахстане. Юркевич отказался. Через пару месяцев друга убили. В пищевой же промышленности места тогда хватало всем.

Динамичный молочник

Юркевич с Поповым начали с производства по давальческой схеме казеина и сухого молока на Тетиевском маслозаводе. Торговля шла бойко. В середине 1990‑х в Украине началась приватизация, и Юркевич смог приобрести Нежинский молокозавод. «Первое предприятие купили на аукционе  – выбирали что подешевле»,  – вспоминает Ольга Юркевич. Контрольный пакет обошелся в $300 000–400 000. Так появилась компания «БКС‑Милтек»  – будущий Milkiland.

В Нежине Юркевич стал разливать соки «Смак» (в 2007 году он продал этот бренд своей сестре Оксане Канарчук). Молока на заводе тогда перерабатывали всего 3 т в сутки. Вскоре бизнесмен купил сырзавод в Каменце‑Подольском. Именно его и возглавила мать Юркевича. «Функции распределялись просто: мы с Мишей занимались всем бизнесом, а она  – молоком»,  – вспоминает предприниматель. От популярных тогда сортов типа «Российский» Юркевичи отказались  – конкуренция на внутреннем рынке была слишком высокой. Они решили предложить украинцам сорта «Эдам» и «Гауда», сделанные по польской технологии. Позже появился их флагман  – «Король Артур», который варят из топленого молока.

В 2000 году Попов решил забрать свою долю и уехать в Москву. Компанию по дистрибуции шпротов ТМ «Море» пришлось продать производителю рыбных консервов «Интерфлот».

К 2001‑му у Юркевича было шесть молочных заводов. Чтобы руководить разрастающимся бизнесом, бывший связист придумал программу «Учет». Компанией фактически стало возможно управлять онлайн. «Например, посмотреть, как закончился рабочий день на предприятии»,  – рассказывает бывший генеральный директор Milkiland Андрей Стрелец. На основных заводах установлены видеокамеры, чтобы видеть всю цепочку от приемки молока до отгрузки готовой продукции. У каждой головки сыра есть свой электронный код. «У нас товар весовой, но в то же время штучный, и нужно вести учет веса по каждой головке сыра. Но это нижний уровень управления,  – объясняет Юркевич.  – А есть верхний, где мы анализируем 40 предприятий и консолидируем отчетность». По его словам, показатели собираются еженедельно и помогают уменьшить влияние интуиции на принятие решений.

Каждой головке сыра присвоен электронный код
DR

Кабинет Юркевича находится в центре Киева, в здании неподалеку от Киево‑Печерской лавры. В небольшом двухэтажном доме 46‑летний бизнесмен занимает всего одну комнату. В ней  – только самое необходимое: письменный стол, стол для переговоров и несколько стульев. Гордость хозяина кабинета  – библиотека. «Он любознательный человек, ему все интересно. Посылал мне книги по электронной почте: прочти то, прочти это»,  – рассказывает бывший директор агрохолдинга «Милкиленд Агро» Денис Сергиенко .

Одну из стен кабинета занимает белая доска, на которой висят показатели деятельности группы, прогнозы ее развития, а также любимые цитаты бизнесмена. «Юркевич любит повторять фразу князя Михаила Воронцова: «Люди, имеющие власть и богатство, должны жить так, чтобы другие люди прощали им эту власть и это богатство,  – вспоминает один из бывших гендиректоров Milkiland Константин Лапцов, проработавший в компании добрый десяток лет.  – У Анатолия Ивановича всегда была альтернативная точка зрения на мир». Сейчас крупными буквами на доске написана фраза немецкого миллиардера Райнхольда Вюрта: «Самое главное, чему я учу студентов,  – рост без прибыли смертелен».

По словам сотрудников, Юркевич работает буквально круглосуточно. «У них еще и вечером с мамой обсуждения, либо рано утром за завтраком, или в машине»,  – рассказывает один из топов компании. «Когда я взял такой темп и ритм жизни, как у Юркевича, то через девять месяцев попал в больницу с 20‑секундной остановкой сердца»,  – делится Лапцов. Что помогает Юркевичу выдерживать подобные нагрузки? Почти каждое утро он начинает с прогулки по Ботаническом саду. «Это и кровь разогревает, и восстанавливает немножко»,  – шутит он.

Не сыром единым

Мастер большого сыра

Стрелец первый раз встретился с Юркевичем в пиццерии недалеко от его офиса. «Он пришел в шортах и сандалиях. Пили кофе. Все было просто и понятно. Эта простота мне и понравилась»,  – рассказывает Стрелец. «Он очень демократичен, даже слишком»,  – улыбается Ольга Юркевич. Когда сын построил дом в Киеве, она решила подарить ему спальный гарнитур. В мебельном салоне Анатолий посмотрел на цену и сказал, что за такие деньги купит ползавода, повернулся и ушел. У него нет потребности в роскоши, он никогда не возьмет деньги из оборота. «Все служебные машины в компании  – это только «тойоты», никаких «мерседесов»,  – говорит давний приятель Юркевича, заместитель министра аграрной политики и продовольствия Андрей Дикун.

Производство сыра оказалось очень выгодным, и бизнес стал расширяться. В 2002‑м Юркевич купил за $2 млн Менский сырзавод в Черниговской области, который стал флагманом компании. «Маржа в сыре выше, чем в сухом молоке. Сырьевая база у нас уже была  – в Нежине, Киевской области. Мы могли перебрасывать молоко в Мену,  – вспоминает Юркевич.  – Плюс у нас уже был опыт сушки молока, его переработки и производства сыра». Поднимать производство отправилась Ольга Юркевич. Вскоре появились основные бренды компании: «Добряна» и «Коляда». Через два года Юркевич первым в стране зашел в высокомаржинальный сегмент элитных сыров: стал производить моцареллу, бри и камамбер.

К 2006‑му у Юркевичей было два десятка предприятий, которые выпускали сыр и цельномолочную продукцию. Компания стала лидером рынка по производству сыра с долей 13,1%, ее выручка достигла 114 млн евро. Вторым игроком был «Клуб сыра» Александра Петрова с долей 9,5%.

Большинство заводов Юркевича находятся в северных и центральных областях Украины  – там, где достаточно молока. Именно в северной зоне страны лучше растет трава. «Поэтому себестоимость сырья меньше»,  – поясняет предприниматель. К тому же эти заводы ближе к основному рынку сбыта  – России. Юркевич с самого начала нацелился на РФ: цены там были выше, чем в Украине, а конкуренция ниже.

Три предприятия в западной части страны нужны были для контроля над сырьевой зоной. «Это позволяет удерживать локальные рынки  – покупатели больше доверяют региональному продукту, а также экономить на логистике»,  – говорит Стрелец.

Подзаработать на экспорте

Мастер большого сыра


Даже если какой‑либо завод не работает, Юркевич не спешит его продавать, а консервирует  – не хочет пускать в свою сырьевую зону конкурентов. «Смысла продавать нет. Ну продашь ты оборудование. Кто‑то придет, вложит деньги, начнутся никому не нужные войны»,  – рассуждает бизнесмен. Например, он законсервировал Миргородский сырзавод после очередного «сырного кризиса», организованного Россией.

С января 2006‑го украинских молочников стало лихорадить. РФ впервые ввела запрет на импорт украинской животноводческой продукции. Некоторые производители, в частности «Клуб сыра» Петрова, оказались на грани банкротства. Для продукции Milkiland запрет продлился всего два месяца. Представители Роспотребнадзора несколько раз осматривали предприятия Юркевича. «Мы развили бурную деятельность и смогли получить новые разрешения на экспорт»,  – вспоминает неисполнительный директор Milkiland Вячеслав Реков, который в те годы был генеральным директором. И это стало для Юркевича хорошим уроком. «В 2006 году мы поняли, что без цельномолочной продукции будет тяжело и нужно расширяться»,  – объясняет бизнесмен. Сейчас у него сбалансированный портфель: 46% в продажах 2013 года занимает производство сыра и масла, а 42%  – цельномолочная продукция.

Переговоры по покупке одного из крупнейших заводов в Московском регионе  – Останкинского молочного комбината  – Юркевич начал в октябре 2007‑го. В битве за предприятие с выручкой $95 млн схлестнулись местные игроки «Юнимилк» и «Вимм‑Билль‑Данн». Победил Юркевич. Сделку закрыли в январе 2008‑го. Тогда российские инвестбанкиры оценили 75%‑й пакет в $40–45 млн. Кроме Юркевича, из украинских молочников завод в России есть только у компании «Терра Фуд» Станислава Войтовича  – небольшой, производящий масло, спреды и сухое молоко в Белгородской области.

Одна из фраз на доске с цитатами в кабинете Юркевича: «Напиши, что сделаешь. Согласуй  – и сделай, что написал». Многие, кто лично знаком с бизнесменом, отзываются о нем как о строгом руководителе. «Мягким Анатолия не назовешь. Для него важны цифры. Много полномочий в компании никто не получает»,  – рассказывает Ольга Юркевич. Он контролирует даже мать: ей приходится согласовывать с сыном все инвестиции, размер которых превышает 50 000 евро. «Юркевич авторитарен, не терпит противоречий, не знает слова «нет»,  – замечает один из топ‑менеджеров компании‑конкурента.

«У его авторитарности есть плюсы и минусы. С одной стороны, желание разобраться в мелочах  – уникальная черта,  – уверен Сергиенко. – С другой  – специалисты не имеют возможности работать и строить производство как нужно. Нельзя руководить компанией в ручном режиме». За последние три года в Milkiland сменились несколько генеральных директоров. Дольше всех в должности СЕО продержался Реков  – более 10 лет. Он даже получил за свою работу 5% акций компании. Причина текучки  – не только темп жизни владельца компании. «Он ломает людей об колено своим авторитаризмом, своей точкой зрения»,  – говорит один из бывших топов компании.

Но для такой жесткости у Юркевича есть основания. В начале 2000‑х он занялся созданием розничной сети «Край» и строительством торгово‑развлекательных центров «Магеллан». Планы были амбициозные: он хотел построить «Магелланы» во всех городах‑миллионниках. «На тот момент оборот у ритейла был больше, чем у молочного бизнеса,  – вспоминает Юркевич.  – Розничная торговля бурно развивалась». Кроме того, он купил землю под Киевом и запланировал строительство коттеджного поселка «Счастливое». ТРЦ быстро построили в Киеве и Николаеве. Сам Юркевич переключился на развитие сырно‑молочного бизнеса и даже успел пару лет поработать заместителем губернатора Киевской области.

Все изменилось после финансового кризиса. Юркевич вернулся к оперативному управлению в 2010 году. Выяснилось, что у его девелоперского и розничного направлений, развитие которых он доверил топ‑менеджерам, большие проблемы. Прибыльными оказались только проекты в Киеве. Например, ТРЦ «Магеллан» в Харькове из‑за неудачного месторасположения и концепции так и не вышел на полную мощность. «Главной ошибкой было то, что они замахнулись своим гипермаркетом «Країна» на небывалый размер  – 18 000 кв. м. В Киеве площадь гипермаркета «Країна»  – 7000 кв. м, – рассказывает один из консультантов по коммерческой недвижимости.  – Харьков не Киев, к тому же там высокая конкуренция с расположенным рядом ТРЦ «Караван». Спасти харьковский «Магеллан» мог бы такой якорный арендатор, как Auchan. Юркевич даже вел с французами переговоры. Но из‑за ситуации на востоке страны они сейчас не торопятся открывать новые магазины. Юркевич ошибку признает: «Я слишком делегировал полномочия. Если не сбалансирована ответственность и контроль, то топ‑менеджеров начинает заносить и в погоне за прибылью они ввязываются в авантюрные проекты». По его мнению, ситуация с сетью «Край» и торговыми центрами  – это одна из ошибок топов, которые начали гонку за выход в регионы. Компания ввязалась в две стройки сразу: в Харькове и Днепропетровске. Когда Юркевич взялся за девелопмент, 80% финансирования уже было потрачено, а ТРЦ так и не были достроены.

Обжегшись на недвижимости, Юркевич сосредоточился на развитии Milkiland. В ноябре 2010‑го он провел IPO компании на Варшавской фондовой бирже. За 22,4% акций Milkiland выручил 59,1 млн евро. Капитализацию предприятия инвесторы тогда оценили в 264 млн евро. Публичность помогла Milkiland привлечь в 2011 году синдицированный кредит на $100 млн у UniCredit International и Raiffeisen Bank International Group. Часть денег Юркевич потратил на организацию молочных кооперативов и создание собственных ферм. Именно по теме вертикально интегрированных холдингов в агропромышленном комплексе Юркевич защитил диссертацию. Кроме того, бизнесмен приобрел заводы по производству сыра за рубежом: «Островию» в Польше (12 млн евро) и «Сыродел» в Курской области РФ (2,1 млн евро).

Накормить соседей

Мастер большого сыра


Утро 7 августа 2014 года было для Юркевича нерадостным. В этот день Россия запретила импорт европейских продуктов. Эмбарго ударило по польскому бизнесу компании. «Мы покупали «Островию», нацеливаясь на диверсификацию от торговых войн с РФ,  – отмечает Юркевич.  – Мы понимали, что Украину Россия будет постоянно «гнобить», как начала в 2006‑м. Но не думали, что РФ настолько испортит отношения с Европой». Через год после покупки предприятие сварило первый сыр. А к лету 2014‑го оно перерабатывало уже 250 т молока в сутки. Сейчас мощность завода пришлось снизить в четыре раза.

Это было вторым ударом по бизнесу Юркевича: месяцем ранее Россия ограничила весь импорт молочных продуктов из Украины. Многие считают, что именно Юркевич больше всех пострадал от очередного витка торговой войны. Согласно годовому отчету компании, в 2013‑м Milkiland 62% дохода за счет своей молочной продукции получила на рынке России. Но нужно учитывать, что только треть экспорта произвели его украинские предприятия. Остальное выпустили два российских завода группы и предприятие в Польше. «Часть мы заменили производством сухого молока и отправили на другие рынки», – говорит бизнесмен.

Конкуренты Юркевича предпочли обезопасить себя от торговых войн с РФ иначе. «Терра Фуд» более 80% продукции продает на внутреннем рынке, а «Молочный Альянс» активно занялся развитием цельномолочного направления и начал выпускать молочное питание для детей.

Milkiland больше пострадала от девальвации гривны и рубля. По подсчетам бизнесмена, курсовые потери составили около $50 млн. Из‑за эмбарго выручка и EBITDA группы будут ниже запланированных показателей. «Мы рассчитывали, что в этом году EBITDА у нас составит около 40 млн евро, но скорее всего будет 24–25 млн евро»,  – прогнозирует Юркевич. В настоящее время бизнесмен ведет переговоры о реструктуризации долга и ищет новые рынки сбыта. Например, завод в Польше может стать площадкой для завоевания ЕС. Такого подспорья нет больше ни у кого из украинских переработчиков.

Юркевичи даже в тяжелые времена были против выпуска сырных продуктов  – дешевого сыра, в составе которого часть молочного жира заменяется растительным. «Акции этой фирмы я планирую передать внукам. Продукция была, есть и будет натуральной»,  – говорила Ольга Юркевич. Но теперь у бизнесменов нет выхода. «Нас в июле закрыли, а сырный продукт Россия продолжала импортировать; мы оказались в ситуации, когда не пойти в этот сегмент было уже нельзя»,  – объясняет Анатолий Юркевич. Продавать «сыр для бедных» Milkiland будет и на внутреннем рынке. В то же время кризис помог вдвое увеличить продажи дорогих сыров с плесенью, которые кроме Milkiland в Украине никто не производит. Из‑за девальвации гривны цены на импортные сыры резко подскочили. «Летом мы выпускали 12 т элитного сыра. Сейчас все сваренные 22 т расписаны на месяц вперед»,  – говорит Ольга Юркевич.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Журнал Forbes
Экс-президент Rothschild Conseil International: «США и Китай – крупнейшие торговые нации – должны стать целями Украины»
Жан-Пьер Сальтьель – о причинах, по которым верит в инвестиционный расцвет Украины
Текстильный магнат из Италии: «Шопинг — своеобразное зеркало общества»
Фабрика Larusmiani, которой руководит Гульельмо Миани-младший, производит более 2 млн м ткани ежегодно. В интервью Forbes бизнесмен рассказал о том, какие проблемы ждут индустрию роскоши в будущем
Глобальный связной: как французский стартап собирается изменить мир
Sigfox разработал дешевую технологию, которая обещает сделать концепцию «интернет вещей» реальностью. Пока не опомнились конкуренты, компания уже начала строить глобальную беспроводную сеть
Все материалы раздела
Мнения
Нуждаются ли аграрии в государственной поддержке
Помогают или вредят отечественному сельхозпроизводству государственное субсидирование и налоговые льготы
2407 просмотров
Точка разворота: как воспитать здоровую конкуренцию на строительном рынке
И преодолеть демпинговою политику застройщиков-«однодневок»
2430 просмотров
В погоне за реформами: что предлагает Кабмин в качестве налоговых новаций
И какие подвохи скрыты в этих инициативах
4027 просмотров
Внутренняя несвобода: почему либерализации газового рынка в Украине пока так и не произошло
Даже с новым законом газовый рынок претерпел не так уж много изменений
1657 просмотров
сентябрь 2016
ПнВтСрЧтПтСбВсПнВтСрЧтПтСбВс
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
FORBES В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ
Комментариев 2
Войдите, чтобы опубликовать комментарий
ramarren
ramarren — 25.12.2014, 16:27

"Харьков не Киев, к тому же там высокая конкуренция с расположенным рядом ТРЦ «Караван»"

Там рядом не Караван, а Метро, который не ест ТРЦ, в отличие от Країни! (Країна на Алексеевке, а Караван - на Салтовке)

Michael Rozanov
Michael Rozanov — 25.12.2014, 06:50

Жулик он. Должен всем деньги за Край, простое кидалого. Совести нет у человека, а о чести и говорить нечего!