Коллекция перемен: что собирают Ложкин и Шаломова

Среди отечественных коллекционеров Надежда Шаломова и Борис Ложкин были одними из первых, кто всерьез увлекся современным украинским искусством. Но их коллекция так и не стала объектом капитализации. У собирателей иные цели

В кабинете Бориса Ложкина, главы Администрации президента Украины, висит графическая работа из серии «Сады» харьковского художника Павла Макова. Над серией график работает уже несколько лет, и узнать ее можно с первого взгляда: в качестве основы для композиции Маков использует многократно увеличенные отпечатки пальцев разных людей. Каждая линия становится своеобразной посадочной бороздой, в которую художник «сажает» определенные, тщательно подобранные растения, отображающие характер героя. «Это фактически портрет человека, только настоящий: и физиологический, и не совсем традиционный»,  – описывает свое понимание произведения Ложкин. Сначала он приобрел работу, созданную на основе отпечатка самого автора. А затем возникла идея дополнить серию офортом с отпечатком уже Ложкина. «Когда Павел выбирал растение, я сказал: как ты меня видишь  – то и выбери», – вспоминает коллекционер. Маков выбрал самшит.

Коллекция перемен
Чтобы купить работу, Надежде Шаломовой нужно в нее влюбиться
Наталья Федорова для Forbes Украина

«Мой портрет глазами Макова», как характеризует работу ее владелец, висит не на виду, и об истинном ее смысле мало кто догадывается. Впрочем, вся частная коллекция Ложкина и его супруги Надежды Шаломовой состоит из произведений, с которыми связаны их личные ассоциации, не всегда очевидные для большинства зрителей. При этом имена представленных в собрании художников сплошь топовые, а стоимость ключевых работ в коллекции, по оценкам экспертов, составляет не менее $500 000. Хотя для Ложкина и Шаломовой эта цифра значения не имеет. Для них коллекционирование не инвестиция, а катализатор изменений. Сначала  – внешнего вида рабочего пространства, а затем  – и внутреннего состояния находящихся в нем людей.

Борис Ложкин и Надежда Шаломова познакомились в июне 1992 года. 20‑летний Ложкин к тому времени успел создать сеть по продаже книг и периодики, основать газету «АТВ» с телепрограммой и историями о звездах кино и ТВ, а также являлся автором и ведущим программы «Деловые новости» на харьковском телевидении. Надежда работала в одном из первых в Харькове рекламных агентств, куда устроилась по окончании инженерно‑строительного института. «Это была первая работа, и мне было не до отношений, я считала, что должна делать карьеру»,  – рассказывает Шаломова. Знакомство было сначала деловым. «Но Борис уверен, что это была любовь с первого взгляда»,  – говорит Надежда. Уже в феврале следующего года он сделал предложение, и почти сразу они стали работать вместе.

Современное искусство меняет пространство, а затем и людей, которые в нем находятся

Продав газету «АТВ», Ложкин с партнером Андреем Гунченко основал рекламное агентство. «В их офисе было много картин, потому что в агентстве работали художники, и иногда пахло акварельными красками»,  – с улыбкой вспоминает Елена Мартынова, в середине 1990‑х работавшая репортером в «Деловых новостях». Гунченко был вхож в харьковскую арт‑среду, и это увлечение передавалось его окружению. Однако любовь к искусству Ложкина и Шаломовой перешла на новый уровень чуть позже, отмечает Мартынова.

Серьезное увлечение современным украинским искусством для них началось с поездки за границу в середине 1990‑х. «Мы поехали в Германию, в издательство Bauer Media Group, перенимать опыт,  – вспоминает Шаломова.  – И были впечатлены их офисом». Вернувшись из Германии, Ложкин и Шаломова решили, что стандартный офисный евроремонт их больше не устраивает и на работе их должно окружать современное украинское искусство. Современное  – потому что создающие его художники отражают актуальную действительность. А украинское  – потому что хотелось поддержать именно своих. «Современное искусство смотрит на себя и отражает время и культуру, в которых живет»,  – объясняет Шаломова.

Первым произведением, появившимся в новом кабинете Ложкина, арендованном на последнем этаже в государственном институте «Гипросталь», стал офорт «Утро» Павла Макова. Сколько было потрачено, вспомнить уже не могут. «Тогда сумма не казалась маленькой, но и безумно дорого не было»,  – делится воспоминаниями Шаломова.

«Работа, которую тогда приобрел Ложкин,  – это не то, что понравилось бы массовой публике»,  – рассказывает Павел Маков, чьи произведения к тому времени уже находились в Третьяковке и шотландской галерее Kelvingrove. Такой выбор, по мнению Макова, свидетельствует о нескольких показателях. Во‑первых, о развитом художественном вкусе покупателя. К искусству Ложкин и Шаломова всегда были неравнодушны: регулярно бывали на выставках в Украине, ни одна заграничная поездка супругов не обходилась без визита в музей. И если вначале они больше тяготели к искусству первой половины ХХ века   – в коллекции и сейчас встречаются работы художников Парижской школы, то со временем переключились на современное искусство. А во‑вторых, об осмысленном подходе к коллекционированию. «Ложкин уже тогда понимал, что нужно покупать картины, которые представлены в уважаемых музеях и галереях. И что люди, принимающие важные решения за рубежом, очень сильно ориентированы на культурную составляющую»,  – отмечает художник. Правда, сами коллекционеры от системного подхода открещиваются. «Мы покупаем работы просто потому, что они нам нравятся. Чтобы повесить на стену и радоваться. В нашем подходе нет никакой определенной системы»,  – признает Надежда Шаломова.

Купив пару работ Макова и несколько картин других харьковских художников, супруги взяли небольшую паузу. В 1999 году они переехали в Киев. К тому времени запущенный в 1994‑м в Харькове еженедельник «Теленеделя» превратился в издание с отделениями по всей стране. Первое время в столице их «Украинский Медиа Холдинг» арендовал офисы, и тогда Ложкину и Шаломовой было не до коллекционирования. Однако довольно скоро они купили здание в одной из столичных промзон. «Новый офис сразу планировали так, чтобы там было место искусству»,  – вспоминает Мартынова, которая к тому времени в «УМХ» занимала должность директора по стратегическому маркетингу.

Отремонтировав несколько этажей, супруги снова вспомнили так поразившее их немецкое издательство. И начали наполнять новый офис искусством. «Для моего кабинета Надя и Лена Мартынова выбрали большое полотно Матвея Вайсберга,  – вспоминает Георгий Шверк, занимавший тогда должность первого вице‑президента «УМХ».  – Мне все завидовали, что я несколько лет сидел на таком фоне».

Первым художником, с которым Ложкин и Шаломова познакомились в Киеве, стал именно Матвей Вайсберг. В один из первых визитов в его мастерскую пара купила сразу шесть картин художника, и это приобретение положило начало новому этапу в развитии их коллекции. Поначалу, правда, совершать покупки все чаще доводилось на аукционах «Золотое Сечение», «Дукат». «Первым аукционом, куда я пошла без Бориса, был «Дукат»,  – рассказывает Шаломова.  – Они тогда только выходили на рынок современного искусства и собрали со вторичного рынка качественные работы».

Выбрав несколько лотов, она вступила в торги: «Меня поразил Игорь Воронов. Он сидел в первом ряду и покупал, не оглядываясь назад и не обращая внимания на цены. И он не дал мне купить моего первого Криволапа». Это было полотно из цикла «Хаты», очень характерное для художника и тем и зацепившее Шаломову. Небольшой холст Воронов купил более чем за $12 000. Столько она тратить не планировала, так как придерживается стратегии: работы до $5000 покупает спокойно, а при цене от $10 000 начинает задумываться, стоит ли брать, и советуется с супругом. Однако добавляет: «Какая цифра меня остановит? Наверное, такую я еще не встречала». Правда, произведения современного украинского искусства Шаломова покупает только на родине.

Со временем Криволап в коллекции появился. Первую работу Ложкин подарил супруге на день рождения, и это до сих пор ее самая любимая картина в коллекции. Всего же в собрании не менее пяти полотен художника. Самое дорогое  – полотно «Закат» размером два на три метра. Стоимость такого произведения сегодня эксперты оценивают в 100 000–110 000 евро.

Ложкину удалось вписать современное искусство в соцреалисти­ческий интерьер
Наталья Федорова для Forbes Украина

По наблюдениям арт‑дилера Игоря Абрамовича, с которым коллекционеры познакомились в 2010 году и который с тех пор активно участвует в формировании частного собрания, Ложкин и Шаломова покупают одну‑две работы в месяц и до десяти за полгода. За время сотрудничества с арт‑дилером, по его словам, коллекционеры приобрели около 30 работ. Они по‑прежнему предпочитают сначала познакомиться с автором лично и только потом выбирать произведение и закрывать сделку.

Сейчас в коллекции  – почти все знаковые имена оте­чественного contemporary art: кроме Павла Макова, Матвея Вайсберга и Анатолия Криволапа, это Тиберий Сильваши, Василий Цаголов, Виктор Сидоренко, Николай Маценко, Олег Тистол, Влада Ралко, Максим Мамсиков. Чуть ли не со всеми они знакомы лично. С Маковым дружат еще со времен знакомства в Харькове, у Криволапа бывали в гостях в селе Засупоевка, у Тистола в мастерской вели философские беседы. «Те художники, которые нам нравятся, это люди с богатым внутренним миром. С ними интересно общаться. А увидеть мир глазами художника  – тем более»,  – поясняет Шаломова.

Количество работ в собрании коллекционеры не подсчитывали, но большим его не считают. Хотя в нем около сотни произведений: живописи, скульптур и графики. Шаломова уверена: «В тот момент, когда ты осо­знаешь, что покупаешь вещи, которые тебе действительно нравятся, а не предметы интерьера, уже начинаешь думать как коллекционер». Этап, когда несколько купленных в офис картин превратились в собрание, прошел  – им стало тесно в стенах одного помещения. Но хранить коллекцию на складе  – это неправильно, уверена Шаломова. Поэтому часть работ уже переместилась в офисы друзей и к ним домой, в том числе в лондонское жилье 21‑летней дочери Насти. «У нее есть Вайсберг, Ройтбурд, Кадырова, Ралко»,  – перечисляет Надежда. Все произведения для себя дочь выбрала сама. «Она очень талантливый художник,  – говорит Шаломова.  – И у нее совершенно фантастическая чуйка. В музеях и галереях Настя летит вдоль стен, как ракета, а останавливается только тогда, когда что‑то цепляет». Правда, это не всегда украинское искусство. Насте нравятся Густав Климт и американские художники XIX века.

Последние пару лет супруги активно покупают молодых художников. В фаворитах  – Роман Минин, в коллекции также есть Назар Билык и Ксения Гнилицкая. «Сейчас вообще очень модно покупать молодых. Они дешевле, играет и фактор новизны»,  – отмечает Абрамович. Ложкин и Шаломова руководствуются главным принципом: им просто нравится. В скульптурах Билыка, например, их привлекает внутреннее спокойствие и гармония. А в картинах Гнилицкой  – ощущение ностальгии, которое в них видит Надежда.

Когда перестаешь покупать картины как предметы интерьера, становишься коллекционером

«Так получилось, что в нашей коллекции есть почти все топовые художники. Но мы покупали не потому, что это было must have. А потому, что мы влюблялись в работы»,  – подчеркивает Шаломова. Почти к каждому произведению коллекционеры испытывают личную привязанность. Рядом с письменным столом в кабинете Ложкина висит полотно Сильваши  – коллекционер выбрал его, потому что картина напоминает ему о море и Лазурном Береге. А в переговорной разместилось масштабное полотно Василия Цаголова «Космическая одиссея»: в хатах на островах, ставших космическими кораблями, Ложкину видится украинская ментальность.

При достаточно вдумчивом подходе к выбору имен и произведений коллекционеры не ставят перед собой цель инвестировать в искусство. «Коллекция не настолько большая и не настолько системно собранная, чтобы думать о ней как о капиталовложении»,  – объясняет Шаломова. Оценивала ли она ее общую стоимость? «Никогда,  – уверяет коллекционер.  – Может быть, я когда‑нибудь это и сделаю, но ценность ее для меня прежде всего эмоциональная. А материальная  – уже вторична».

Кроме эмоциональной, в своем собрании картин Ложкин и Шаломова видят образовательную и даже социальную ценность. Еще будучи издателями «Forbes Украина», они инициировали арт‑проекты. Последние пару лет часто предоставляют для выставок произведения из своей коллекции. «Говорят, это хорошо для капитализации коллекции, но я делаю это с другой целью»,  – уверяет Надежда.

В прошлом году супруги основали благотворительный Фонд Бориса Ложкина, которым руководит Шаломова. Под эгидой фонда в столичном «Мистецьком Арсенале» прошла выставка украинских современных художников «Искусство ради жизни», завершившаяся 19 мая благотворительным аукционом. «Среди наших знакомых много коллекционеров,  – отмечает Шаломова.  – Наверное, это единый дух и среда. На благотворительном аукционе собрались те, с кем мы поддерживаем дружеские отношения: Айварас и Катерина Абромавичус, Тимур Хромаев и Маша Ефросинина и другие».

Предоставленные участниками выставки работы были проданы более чем за 10 млн гривен, а вырученные средства пошли на покупку оборудования для Научно‑практического медицинского центра детской кардиологии и кардиохирургии Минздрава Украины. «Мне бы хотелось совместить благотворительность и искусство»,  – формулирует планы на будущее Шаломова. Не исключено, что когда‑нибудь дело дойдет и до частного музея, ведь коллекционеры уверены, что искусство должно быть доступным для зрителя.

Второй этаж, который в Администрации Президента занимает Ложкин, превратился в Second Floor Art Center. В кабинетах висят картины из частной коллекции чиновника. А коридоры стали экспозиционным пространством для приглашенных кураторов. Сейчас тут проходит выставка «16», на которой представлены фотопортреты участников АТО. Увидеть ее может любой желающий: на выходных вход на этаж открыт для посещений. Чуть раньше в АП показывали плакаты «Выдающиеся писатели Украины». На двух выставках нынешние обитатели АП останавливаться не собираются. «Нам кажется, мы меняем дух этого помещения,  – объясняет Ложкин решение поместить современное искусство в соцреалистические интерьеры.  – А когда меняется дух помещения, меняются и люди, которые в нем находятся».

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Журнал Forbes
Экскурс в историю
Инвестиции в доходные дома могут стать хорошей альтернативой банковским депозитам и другим видам вложений
Продавец интеллекта
Для гендиректора Google Сундара Пичаи искусственный интеллект — это не модная фраза из фильмов о далеком будущем. Это то, на чем интернет-гигант уже в ближайшее время намерен заработать миллиарды
Быть за кадром: как собственнику выбрать грамотного топ-менеджера
И в чем состоит основная задача менеджмента
Все материалы раздела
Мнения
Самое темное время перед рассветом: как преодолеть кризис в компании
Какие задачи лягут на плечи команды, а какие – непосредственно на владельца
22204 просмотра
Коллекторы и юрлица: с бизнесом не церемонятся
Чем отличается поведение коллекторских структур в отношении должников-физлиц и бизнесменов
23858 просмотров
Скромное обаяние биткоина: украинские реалии использования криптовалют
При том, что криптовалюты пока официально запрещены, Украина входит в топ-5 стран мира по количеству пользователей различными биткоин-кошельками
38979 просмотров
Новый-старый порядок аттестации от Минюста: что изменилось
Об особенностях нового порядка аттестирования состава Государственной уголовно-исполнительной службы Украины
8395 просмотров
декабрь 2018
ПнВтСрЧтПтСбВсПнВтСрЧтПтСбВс
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
FORBES В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ
Комментариев 0
Войдите, чтобы опубликовать комментарий