Опасные связи

Зачем украинскому банку Европа и во что могут вылиться жесткий финмониторинг и «случайные связи» клиентов? Для латвийского AS PrivatBank они чуть не обернулись потерей бизнеса
Опасные связи
Фото: Ryumin Alexander/ITAR-TASS

В декабре 2016 года Кабмин национализировал ПриватБанк. Вместе со 100% акций украинского банка Украина получила 46,5% акций латвийского PrivatBank и его проблемы. Год назад на AS PrivatBank был наложен один из крупнейших штрафов в истории латвийских финансов: более 2 млн евро за нарушение законодательства по борьбе с отмыванием денег. В деловой среде, а также в аудиторской компании банка KPMG заговорили о том, что европейское будущее PrivatBank – под вопросом.

Согласно данным годового отчета и аудиторской компании, разработанный банком план спасения должен был быть реализован до 31 декабря текущего года. «Присутствует существенная неопределенность, будет ли достаточной реализация вышеупомянутых планов, чтобы банк мог продолжать свою деятельность в будущем», – значится в годовом отчете за 2015 год, утвержденном аудитором банка – компанией KPMG.

Сложные времена для AS PrivatBank наступили одно- временно с усложнением экономической и политической ситуации в Украине, с начала 2014 года живущей в состоянии вооруженного конфликта. Одновременно стали возникать сложности у зарубежных банковских активов группы «Приват». В начале 2015-го был закрыт филиал латвийского PrivatBank в Португалии. Часть клиентов была передана латвийскому банку, а часть работает через DirectBank. В апреле 2014-го был продан российский МоскомПриватбанк. В конце 2014 года украинский ПриватБанк продал свою «дочку» в Грузии, где он обслуживал более 640 000 клиентов. В конце прошлого года разгорелся скандал с деньгами молдавских аферистов, в отмывании которых принимали участие латвийские Privat и ABVL. Весной 2016-го Банк Италии обнаружил проблемы с финмониторингом в итальянском филиале PrivatBank. А 1 ноября этого года центробанк Кипра оштрафовал на 1,5 млн евро кипрский филиал учреждения.

Для Privat скандал в Латвии обернулся сменой руководства финансового учреждения. Для решения вопросов в Ригу даже приезжал уже бывший акционер банка Игорь Коломойский (№2 в списке богатейших украинцев, $1,3 млрд. – Forbes). По требованию регулятора, финучреждение должно было заплатить 2 млн евро штрафа. В противном случае центробанк угрожал аннулировать лицензию на банковскую деятельность. В PrivatBank утверждают, что сами трансакции, из-за которых банк оказался в центре скандала, были допущены менеджерами по недосмотру. Но после того как банк оказался в центре внимания в одной стране, остальные регуляторы тоже начали проявлять интерес к этому финучреждению. Например, штраф на Кипре был выписан из-за того, что во время проверки оригинал одного из внутренних документов банка оказался за его пределами – в государственной инстанции.

Никто из банкиров, с которыми беседовал Forbes, не смог даже предположить, что банк решился бы отмывать деньги молдавских мошенников. Для подобных операций существуют другие схемы, например, легализация через казино. Рисковать финансовым бизнесом PrivatBank осознанно не станет. При этом собеседники Forbes не исключают оплошности со стороны менеджмента или же сознательной халатности.

«На большом потоке операций почти в любом банке могут появиться подозрительные трансакции, но они совсем не означают злое намерение банка. Под видом самых простых трансакций могут скрываться, по сути, преступные деньги. Но в большом банке отследить это зачастую очень сложно, если не невозможно – к примеру, если трансакция описывается как оплата услуг в интернете, которая внешне не вызывает никаких подозрений», – объясняет экс-глава Visa в Украине и СНГ Сергей Равняго.

Опасные связи

Источники Forbes утверждают, что если бы в AS PrivatBank были в самом деле серьезные нарушения закона о финмониторинге, то с банком бы не церемонились и попросту забрали у него лицензию.

В FKTK (Комиссии по рынку финансов и капитала) сообщили, что «банк приступил к процессам улучшения системы внутреннего контроля и политики по противодействию отмыванию средств, полученных преступным путем, и противодействию терроризму в соответствии с утвержденным планом».

Что такое «Приват» в Латвии

PrivatLatvia был дочерним банком крупнейшего учреждения Украины – днепровского ПриватБанка, основны- ми бенефициарами которого были Игорь Коломойский и Геннадий Боголюбов (№3 в списке богатейших украинцев, $1,3 млрд. – Forbes). 18 декабря украинский ПриватБанк был национализирован, соответственно 46,5% латвийского банка перешло также в собственность украинского государства. В 2001 году ПриватБанк купил латвийский банк Paritate, который несколько лет кряду терпел убытки после азиатского и российского экономических кризисов 1997–1998 годов. Можно сказать, что «Приват» спас Paritate от банкротства: в июне 2001-го банк был признан неплатежеспособным и остался на рынке благодаря новым акционерам.

С 2014 года Латвия стала полноправным членом Европейского валютного союза, то есть страна была принята в расчетную систему евро- зоны и ее денежной единицей стал евро. Все банки Латвии, в том числе и PrivatLatvia, получили возможность брать займы в Европейском центральном банке (текущая ставка рефинансирования для банков ЕС – 0%).

После покупки латвийского банка «Приват» начал экспансию в ЕС – открыл филиалы в Португалии и Италии, представительства в Испании и Великобритании, стал предоставлять услуги по депозитам и переводу денег из Германии. Официально банк ориентируется на трудовых мигрантов, крупных корпоративных клиентов и частных лиц, имена которых не разглашаются. В Латвии банк, тихо работая на протяжении многих лет, ничем особенным не выделялся. Так бы все и продолжалось, если бы не обострение геополитической ситуации, которое привело к началу громких расследований по отмыванию денег по всей Восточной Европе.

Охота на деньги

События вокруг PrivatBank стали цепочкой в череде громких расследований на прибалтийском финансовом рынке. По легенде, одной из причин разбирательств был огромный объем денежных трансакций в долларах, которые проходили через Латвию. Опрошенные Forbes банкиры говорят чуть ли не о 3% всех долларовых трансакций в мире. «Латвия попыталась войти в первую лигу международных финансовых игроков», – характеризирует происходящее один из украинских банкиров.

Для привлечения крупных клиентов с территорий бывшего СССР латвийские банки использовали все возможности современного финансового мира: работу с офшорными компаниями, открытие депозитов, схемы взаимозачетов и пр. По данным отчета Организации экономического сотрудничества и развития (OECD), депозиты нерезидентов в латвийских банках в 2014 году составляли 40% BBП Латвии, или $12–13 млрд. А по данным латвийской Комиссии по рынку финансов и капитала, в конце марта 2013-го объем вкладов не- резидентов в латвийских банках достиг 6,384 млрд латов, или 49,9% общих объемов привлеченных банковской системой вкладов. И это только верхушка системы: 90% активов латвийских банков напрямую или опосредованно связаны с нерезидентами. Более 10 лет назад у Латвии уже были проблемы с вопросами легализации средств, полученных преступным путем. К 2003-му поток по отмыванию денег через счета прибалтийских перестраховщиков составлял около $2 млрд в год. Это было основной причиной включения Украины в черный список FATF. Закрытие схем со странами Балтии позволило исключить Украину из этого списка.

Опыт работы в Латвии обошелся PrivatBank в 2 млн евро

«Несомненно, банки тоже участвовали в процессе отмывания денег. Но мы дальше своего сектора – страхования – не заходили. Мы видели, что перестраховочные структуры, которые не имели лицензий и способствовали отмыванию денег, принимают средства. Очевидно, что эти деньги шли через балтийские банки, но формально мы не прослеживали банковские счета», – рассказывает экс-министр экономики и бывший председатель Государственной комиссии по регулированию рынков финансовых услуг Виктор Суслов, который возглавил процесс перекрытия схем со странами Балтии. Между тем дружественные отношения между банками двух стран укреплялись. Наряду с Кипром латвийская финансовая система стала для украинских бизнесменов «окном в мир».

«Отношения между банками Украины и Латвии начинались в 1990-х, когда латвийская банковская система была более развита, чем украинская. Прямо в банках Латвии можно было приобрести офшорные операционные компании, начиная с простых делавэрских компаний и заканчивая пакетами документов на офшорный бизнес, который можно было купить если не в самом банке, то у юристов, работающих при банках», – отмечает экс-член совета Национального банка Украины Василий Горбаль.

Хотя внутри Украины ПриватБанк считался оппозиционным к бывшему президенту Виктору Януковичу и людям, которые правили страной до Революции достоинства, это не препятствовало его бизнесу. Один из лидеров Партии регионов, бывший и. о. премьер-министра Сергей Арбузов держал в банке часть своих денег. Согласно данным Единого государственного реестра судебных решений Украины, его депозиты на сумму в $49,5 млн были арестованы именно в PrivatBank. Сами средства размещались через депозиты компаний из Панамы, Кипра и других офшорных юрисдикций.

К 2012 году в СМИ начали появляться сообщения о том, что через балтийские банки проходят деньги, связанные с «делом Магнитского». В 2009-м в СИЗО «Матросская тишина» в Москве умер юрист, работавший с международным фондом Hermitage Capital Сергей Магнитский. Он занимался вопросами коррупции в России, был арестован по обвинению в содействии главе фонда Уильяму Браудеру в уклонении от уплаты налогов и скончался через 11 месяцев содержания в СИЗО. Это дело имело и продолжает иметь такой громкий международный резонанс, что в США был составлен и принят на законодательном уровне «список Магнитского» – перечень лиц, преимущественно чиновников из РФ, которые обвиняются в нарушении прав человека и финансовых преступлениях. В 2012 году появились новости о том, что через латвийские банки проходили деньги фигурантов «списка Магнитского». В этом списке был и PrivatBank. «Когда клиенты приходили в банк, еще не было никакого «списка Магнитского». Банки действовали строго в рамках существовавших на тот момент нормативных документов и надзорных правил», – парирует руководитель пресс-службы днепровского ПриватБанка Олег Серга.

Также дочерние банки в Латвии позволяли украинским банкирам привлекать дешевые ресурсы. Через PrivatBank и систему DirectBanking ПриватБанк собирал депози- ты в других странах ЕС. Например, его DirectBanking работает в Германии и Португалии. Разница в стоимости ресурса колоссальна: ставки в 1,3% в ЕС и 8% годовых по евродепозитам в Украине. Банкиры объясняют, что это привычная практика – привлечение депозитов на рынке Европы с последующим размещением на корсчетах материнского банка под повышенный процент.

«Далее сама группа «Приват» зарабатывала на относительно дешевых европейских деньгах. Украинский ПриватБанк получал из ЕС евро, которые растворялись в общем балансе», – рассказывает акционер Trasta komerсbanka Игорь Буймистер. По его словам, таких схем достаточно много. «В 2000 году мы с дружественными украинскими банками заключали договоры финансирования украинских компаний. Кредит давал непосредственно Trasta komerсbanka, а украинский банк выступал юридическим агентом надзора над залогом. Таким образом, украинские банки давно используют дешевый европейский ресурс для финансирования украинских предприятий», – объясняет Буймистер. Он вместе с украинским бизнесменом Иваном Фурсиным владел Trasta komerсbanka, который в начале 2016-го также попал в немилость FKTK, но оказался менее удачливым, чем «Приват», и был закрыт. Еще один пример пострадавшего украинского бизнеса – KVV Group, купившая металлургический комбинат в Лиепае, но так и не наладившая его работу. В 2016 году завод был остановлен, так как инвестор KVV Group Евгений Казьмин не договорился с властями Латвии о тарифах на электроэнергию. Сам Казьмин был арестован Службой безопасности Украины по обвинению в финансировании сепаратистов.

Бывший пресс-секретарь KVV Group Наталья Нападовская объясняет, что PrivatBank в какой-то момент оказался единственным латвийским учреждением, согласившимся продолжить работу с комбинатом «Лиепайский металлург». «Когда непонимание между административными и государственными структурами с одной стороны и украинским инвестором с другой стороны достигли пика, несколько банков по факту отказали нам в обслуживании. Оставался только PrivatBank, который продолжал обслуживать предприятие, оказавшись самым нейтральным банком в этой непростой ситуации».

Еще один банк с украинскими корнями и латвийской пропиской – Regionala investiciju banka (RIB) – дочернее учреждение крупнейшего украинского банка «Пивденный» с пропиской в Одессе. Это финучреждение также было оштрафовано за подозрительные операции клиентов. В 2014 году FKTK оштрафовала его на 70 000 евро, указав в причинах отмывание денег.

В самом RIB факт отмывания денег своими клиентами не признают. «RIB является европейским коммерческим банком, у которого построены международные партнерские взаимоотношения как с другими банками, так и с представителями разных направлений бизнеса не только в Украине, но и по всему миру», – утверждают в учреждении.

В сентябре 2016 года в Латвии запрещена деятельность эстонского Versobank, который также включен в список НБУ – перечень банков, составленный департаментом финансового мониторинга, «деятельность которых может быть связана с проведением рисковых операций». Это учреждение тоже принадлежит украинским акционерам.

Опасные связи

Что же на самом деле происходит? По мнению опрошенных Forbes банкиров, ничего экстраординарного в банках с украинским капиталом нет – они реализовывают те же сервисы, что и остальные банки. Но лоббистского потенциала и возможностей для работы на международной арене у них меньше, чем у иностранных коллег, они намного беднее, чем российские или скандинавские представители. Поэтому им и достается больше «шишек». Таких, как 2 млн евро, которые PrivatBank заплатил де-факто за право работать в Латвии в 2016 году.

Лондонские спасатели

По данным Forbes, после начала скандалов с отмыванием денег в конце 2015 года спасать банк в Ригу приехал один из уже бывших акционеров «Привата» Игорь Коломойский. Он, по словам наблюдателей, привез в Латвию нового главу PrivatBank – человека с югославскими корнями и британским гражданством Александра Кукича. Найти кандидатуру на эту должность в Латвии у PrivatBank не получилось. В правление банка взяли банкиров с опытом работы в крупных международных финансовых учреждениях: Роберта Кристиана Шепфа, ранее бывшего директором Deutsche Bank и Commerzbank по Узбекистану, Туркменистану и Балтии, и Сандийса Вецтевса, который прежде работал в крупнейшем норвежском AS DNB.

Одну из важных ролей в совете PrivatBank играет Тимур Новиков – один из самых закрытых инвестиционных банкиров в Украине. Хотя в Днепре отрицают, что кто-либо кроме Александра Кукича сегодня несет ответственность за происходящее с латвийским банком. «Кукич – банкир из JPMorgan, он полностью отвечает за латвийский банк», – сказал экс-глава «Привата» Александр Дубилет корреспонденту Forbes. Между тем некоторые из при- балтийских банкиров говорят, что в банке можно было увидеть бывшего главу правления Александра Трубакова, который остается его миноритарным акционером. Сам же Кукич в августе уверял, что основной доход банк планирует получать благодаря филиалу в Италии. Это происходило до принятия решения Банком Италии по итогам проверки итальянского отделения, в ходе которой также были выявлены нарушения законодательства по финансовому мониторингу и которая стала одной из причин его закрытия. А через пару месяцев другой член правления Роберт Кристиан Шепф заявил, что «число клиентов и обороты филиала в Италии были сравнительно небольшими. Поэтому его закрытие не повлияет на дальнейшую деятельность банка».

Кукич уверяет, что банк избавился от схемных операций, работы с офшорами и других «нехороших» вещей, которые могли стоить банку права на лицензию в Латвии. Это подтверждают и в FKTK, и в НБУ.

В конце августа 2016 года регулятор разослал по банкам письмо с перечнем иностранных учреждений, «деятельность которых может быть связана с проведением рисковых финансовых операций». В этот список вошли три латвийских учреждения: Rietumu, ABLV Bank и RIB, а также эстонский Versobank, австрийские Meinl Bank и Winter, лихтенштейнский Frick Co и люксембургский East-West United. Отметим, что банки Meinl, East-West, Frick и Winter фигурируют в различных расследованиях как каналы по выводу денег из Украины. Латвийского PrivatBank в списке не оказалось. Между тем в Украине «большой» «Приват» перешел в руки государства. И теперь украинское правительство, как один из акционеров, будет задействовано в решении возможных проблем прибалтийского банка.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Журнал Forbes
Экскурс в историю
Инвестиции в доходные дома могут стать хорошей альтернативой банковским депозитам и другим видам вложений
Продавец интеллекта
Для гендиректора Google Сундара Пичаи искусственный интеллект — это не модная фраза из фильмов о далеком будущем. Это то, на чем интернет-гигант уже в ближайшее время намерен заработать миллиарды
Быть за кадром: как собственнику выбрать грамотного топ-менеджера
И в чем состоит основная задача менеджмента
Все материалы раздела
Мнения
Самое темное время перед рассветом: как преодолеть кризис в компании
Какие задачи лягут на плечи команды, а какие – непосредственно на владельца
9024 просмотра
Коллекторы и юрлица: с бизнесом не церемонятся
Чем отличается поведение коллекторских структур в отношении должников-физлиц и бизнесменов
12674 просмотра
Скромное обаяние биткоина: украинские реалии использования криптовалют
При том, что криптовалюты пока официально запрещены, Украина входит в топ-5 стран мира по количеству пользователей различными биткоин-кошельками
20368 просмотров
Новый-старый порядок аттестации от Минюста: что изменилось
Об особенностях нового порядка аттестирования состава Государственной уголовно-исполнительной службы Украины
3345 просмотров
май 2017
ПнВтСрЧтПтСбВсПнВтСрЧтПтСбВс
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
FORBES В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ
Комментариев 0
Войдите, чтобы опубликовать комментарий