Анатолий Гальчинский: «Кризис нашей экономики – это не только результат внешней агрессии»

Советник экс-президента Украины – о возможностях 2015 года и угрозах завышенного госпотребления

Анатолий Гальчинский более 20 лет является одним из ведущих экономистов Украины. Многолетний советник экс-президента Леонида Кучмы, в том числе по вопросам макроэкономики, сегодня он один из немногих оптимистов, с надеждой смотрящих на перспективы развития украинской экономики. Среди объяснений такого восприятия – уверенность, что дно может быть самым лучшим временем для роста, при условии исключения перекосов в экономике.

Анатолий Гальчинский: «Кризис нашей экономики – это не только результат внешней агрессии»
Фото: lesovod.org.ua

Год назад в общении с Forbes Гальчинский называл таким драматическим перекосом зависимость от экспорта. В начале 2014 года экономист отмечал, что у страны – деформированная структура экономики, так как больше половины ВВП образуется за счет экспорта. «Давайте будем всеми возможными инструментами расширять собственный рынок – в расчете на душу населения он самый мизерный в Европе. И здесь кроются возможности для роста. Нам необходимо начать активно осваивать механизмы разумного протекционизма, в рамках правил ВТО», – говорил Гальчинский. 

Сегодня препятствием для развития государства он называет завышенное госпотребление, уровень которого с 1999 года вырос почти в два раза. Между тем, справиться с этой проблемой можно, благодаря чему Гальчинский остается оптимистом. О рецептах по сокращению госрасходов и путях вывода страны из экономического кризиса Анатолий Гальчинский рассказал в интервью Forbes.

– Вы много лет работали советником президента по макроэкономике, и фактически были интегрированы в бюджетный процесс. Также вы в свое время возглавляли кафедру финансов Киевского госуниверситета, отдел международных валютных финансовых отношений академического института – ИМЭМО. Украина вошла в 2015 год с принятым Верховной радой законом «О государственном бюджете». Как вы оцениваете соответствующий документ?

– Однозначная позиция в этом вопросе в принципе невозможна. Но если иметь в виду сам факт принятия бюджета, его военно-оборонительную направленность, а это сегодня синтезирующая слагаемая государственной политики, то, несмотря на системные коллизии, о которых уже много сказано в прессе, в том

Действительность предусматривает стимуляцию малого предпринимательства

числе в вашем авторитетном СМИ, в принципиальном плане мои общие оценки могут быть скорее положительными. В этой позиции присутствует не только отстаиваемый мною принцип: не критиковать, а помогать (критиковать – не время), но и объективные оценки. Непринятие бюджета, помимо хорошо известных экономических коллизий, означало бы фактически начало нового политического кризиса в стране.

– За бюджет проголосовало всего 233 депутата. Треть членов коалиции не поддержали этот документ.

– Это, в моем понимании, доказательство креативных возможностей коалиции. Я больше всего боялся противоположного. Принцип «І всі як один» – принцип не развития, а деградации, загнивания. Для меня «треть – против» – это конструктивное начало.

– Но, все же, отталкиваясь от известной позиции «хорошего бюджета не бывает», давайте сосредоточимся на системных проблемах главной сметы государства, на ее макроэкономической сбалансированности. Принцип «не критиковать, а помогать» предполагает это. Тем более что бюджет по итогам первого квартала 2015 года будет пересматриваться.

– Проблемность в этом вопросе определяется тем, что принципы и механизмы макроэкономической политики, органически соединяющей в себе два начала – фискальное и монетарное слагаемые, в их взаимной обусловленности настоящего времени пока еще не сформированы даже в концептуальном плане. Доминируют лишь политические лозунги по поводу предполагаемых преобразований. Представленная месяц назад экономическая программа правительства – неопровержимое доказательство этого.

Полное отсутствие аналитических обоснований, все построено на сугубо интуитивных предположениях. Данная ситуация не могла не сказаться и на обосновании бюджета. Разница позиций правительства и НБУ по поводу прогнозируемого показателя инфляции 2015 года (13,1% – прогноз Кабинета министров, 17-18% – НБУ) – удручающий факт. А ведь это основа всей системы бюджетных расчетов.

Это же можно сказать и по поводу прогнозируемых темпов ВВП. Откуда взялась цифра – минус 4,3% – я не

Общее состояние нашей экономики – это не только результат внешней агрессии

знаю. Скорее всего, это позиция МВФ. Но специалисты хорошо знают, что прогнозы МВФ всегда существенным образом занижены. Причина понятна: кредитор себя страхует. Нам говорят о почти 20%-ном сокращении ВВП в связи с временной оккупацией наших территорий. Но и здесь импровизация. Эти действительно весьма масштабные потери учтены в исходной статистической базе расчетной динамики ВВП 2015 года. Поэтому показатель – минус 4,3% – это прогнозируемое падение ВВП на территории, исключающей Крым и зону АТО на востоке страны. Правительство не решается сказать об этом во всеуслышание.

Конечно, существуют определяемые фактически военным положением страны очень серьезные вызовы в экономике, и прежде всего в переживающем глубокий кризис ее финансовом сегменте. Но мы обязаны учитывать и принципиально новые позитивные возможности экономики этого года. Программа правительства и бюджет должны акцентироваться, прежде всего, на этом. 2015-й должен стать годом реального преодоления экономического спада, а не его углубления. Для этого существуют достаточно весомые предпосылки. Их следует реализовать.

– На чем основывается ваш оптимизм? О каких предпосылках позитивной динамики ВВП идет речь?

– Я попробую лишь обозначить отдельные из них. Это, во-первых, улучшающаяся, согласно существующим прогнозам, внешнеэкономическая конъюнктура, относительно низкие цены на энергоносители (нефть и газ), возможности расширения экспортных потоков на основе реализации соглашения о зоне свободной торговли с ЕС, а также освоение новых экспортных регионов, в том числе Беларуси и Казахстана.

В экономике нашего уровня государственное потребление не может и не должно превышать трети ВВП. Потенциал роста возможен только при этом условии

Во-вторых, весомые военные заказы предприятиям ВПК, их реанимация, превращение в ведущее звено ускорения промышленного производства и инновационного прогресса.

В-третьих, действительность предусматривает стимуляцию малого предпринимательства.

В-четвертых, реализация с учетом иностранных инвестиций восстановительных инфраструктурных и жилищно-коммунальных проектов в донбасском регионе.

В-пятых, дополнительные возможности экономического роста в связи с реализацией политики децентрализации, осуществлением мер по детенизации экономики и преодолению коррупционных потерь.

Наконец, в-шестых, наши расчеты на действенность иностранной поддержки и помощи. Этот перечень можно продолжить. Но я – о другом.

Если все это резюмируется со знаком минус 4,3% ВВП, то зачем все это? Власти не осознают, что соответствующие итоговые результаты года – это полная дискредитация осуществляемой политики, задекларированных реформ. Это, в конечном итоге, «похоронка» власти, досрочные выборы. Я думаю, этого не произойдет, и 2015-й станет годом не только политической стабилизации на востоке страны, но и годом положительной экономической динамики, реальным началом экономического роста.

Но это само собой не произойдет. Эти возможности необходимо реализовывать. Бюджет – один из важнейших инструментов решения этой задачи.

– С этим обоснованием можно соглашаться и не соглашаться. Ведь структура бюджета, его общая логика могут остаться неизменными. Вы согласны с этим?

– Это не так. Говоря о реализации предпосылок роста, необходимо учитывать общее состояние нашей экономики. Это не только результат внешней агрессии. Экономика находится в фазе глубокой депрессии более пяти лет. Самое глубокое в мире падение ВВП (14,8%) в 2009 году, далее – два года незначительного подъема, а потом опять стагнация – нулевой рост. 

В 2014 году, согласно оценкам НБУ, падение ВВП составляет 7,5%. По показателю «номинальный ВВП» в 2013 году мы опустились ниже $4000 на душу населения. Это в 3,8 раза меньше, чем в России, и в 2,9 раза меньше, чем в Беларуси.  Это в 8 раз меньше, чем в странах ЕС ($32 100). Итоговые показатели 2014 года будут еще более удручающими, скорее всего – $3000. В мировой статистике это фактически дно.

О каком членстве в ЕС при таком соотношении экономических параметров и при столь стремительно падающей экономике может идти речь? Понимают ли это наши правители? У меня серьезные сомнения по этому поводу. Для справки скажу и о том, что в 2000-2004 годах темпы роста украинской экономики (8,2% в среднегодовом исчислении) в 1,5 раза превышали российские. Это позволило тогда поднять уровень ВВП на душу населения в соотношении с Россией с 53,2% до 66,7%.

– В чем основная причина происходящего?

– Ответ однозначен: не просто неэффективность, а фактическая деградация управленческой структуры. Две позиции в этом: беспрецедентная политизация экономики во времена Ющенко и Януковича и одновременно – абсолютно непосильные для экономики перманентно растущие параметры государственного потребления. Тенизация и коррупция в их взаимозависимости основываются на этом.

На этой же основе реанимирована логика патернализма, с которой справиться сегодня мы просто не в состоянии. Как формировалась политика роста во времена Кучмы? В первую очередь за счет сокращения уровня государственного потребления: в 1995 году расходы общего, государственного и местного бюджетов составляли 44,6% ВВП, а в 1999 году – 26,7%.

Очень хорошо знаю, какой ценой достигались эти результаты.  Экономили буквально на всем. А что сейчас? По предварительным данным, уровень государственного потребления с учетом бюджетных расходов и расходов Пенсионного фонда составил в 2014 году 52% ВВП. Согласно опять-таки предварительным оценкам

Нулевой, а не минус 4,3% показатель ВВП в 2015 году – это плюс 74 млрд гривен, и одновременно адекватное снижение удельного веса госпотребления. Также налицо неиспользованные возможности сокращения управленческих расходов

(ведь мы еще не знаем уровня расходов местных бюджетов и Пенсионного фонда), этот показатель увеличится в 2015 году еще на 3-4%. О какой политике роста при таком уровне госпотребления может идти речь? У нас катастрофически падает норма накопления. Для 6%-ного роста ВВП необходимо 35-37%. У нас же, по данным официальной статистики, этот показатель в 2011 году составлял 21,5%, в 2012 году – 17,9%, в 2013 году – 15,9%. Все взаимосвязано.

Какой выход? Он существует. Нулевой, а не минус 4,3% показатель ВВП в 2015 году, о котором мы говорили. Это плюс 74 млрд гривен, и одновременно адекватное снижение удельного веса госпотребления.

И еще одно: налицо неиспользованные возможности сокращения управленческих расходов. Убежден – с учетом существующей ситуации корректнее было бы вести речь не о 10%-ном, а, по меньшей мере, о 30%-ном сокращении госаппарата. Это отдельная тема, и я не хочу говорить об этом скороговоркой.

Не затрагивая при этом наиболее болезненные для общества социальные ассигнования, мы обязаны хотя бы на 3-4% сократить уровень госуправления. Для нас, особенно для инвестиционного сообщества, было бы очень важно зафиксировать эту тенденцию в предполагаемых корректировках бюджета. Мы должны зафиксировать этим нашу приверженность либеральной парадигме экономических преобразований, показать наше понимание того, что большое государство – это отражение неэффективного государства.

В принятом законе о бюджете речь фактически идет о противоположном. Думая о предполагаемых коррекциях бюджета, следует, как мне представляется, сосредоточить внимание на этой проблеме. Общее правило в этом вопросе экономистам известно: в экономике нашего уровня государственное потребление не может и не должно превышать трети ВВП. Потенциал роста возможен только при этом условии. Иного просто быть не может.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Государство
Момент потерян: почему власть не способна вернуть в Украину деньги беглых чиновников
И каков формальный механизм подобного возврата
Партийный кошелек: где хранят деньги украинские политсилы
«Радикальная партия» дружит с банком «Райффайзен», а счета «Свободы» открыты в Credit Agricole
Ночь хаоса в Турции: 194 убитых и 1154 раненых
Подробности попытки военного переворота в стране
Все материалы раздела
FORBES В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ
Комментариев 0
Войдите, чтобы опубликовать комментарий
Выбор редактора
Олигархи под подозрением: кому нужен Архив клептократии и почему в него попали лишь «избранные»
Олигархи под подозрением: кому нужен Архив клептократии и почему в него попали лишь «избранные»
Украинские публичные персоны готовы оспаривать данные, опубликованные в Архиве
52% за Brexit: британцы поддержали выход из ЕС
52% за Brexit: британцы поддержали выход из ЕС
Решение Объединенного королевства о выходе из Евросоюза всколыхнуло мировые рынки
«Приват» государственного значения: чем рискует НБУ?
«Приват» государственного значения: чем рискует НБУ?
На ПриватБанк приходится половина всего рефинансирования, выданного финансовым учреждениям Украины
На страже стабильности: как инновации помогают выстоять во время кризиса и войны
На страже стабильности: как инновации помогают выстоять во время кризиса и войны
Украинские инвесторы и предприниматели способны решать проблемы с вооружением, экологией и ограниченностью энергоресурсов
Сейчас на главной
Гедиминас Альмантас: «Можно сколь угодно смотреть на других, но правильный путь надо найти свой»
Гедиминас Альмантас: «Можно сколь угодно смотреть на других, но правильный путь надо найти свой»
Гендиректор объединения «Литовские аэропорты» рассказал, как Украине избежать классической схемы «приватизации прибыли и национализации убытков»
Момент потерян: почему власть не способна вернуть в Украину деньги беглых чиновников
Момент потерян: почему власть не способна вернуть в Украину деньги беглых чиновников
И каков формальный механизм подобного возврата
Агрокапиталы смотрят на Запад
Агрокапиталы смотрят на Запад
МХП Юрия Косюка — один из первых аграрных холдингов, инвестировавших в создание производства в ЕС. Станет ли это трендом отечественной переработки?
Почему Brexit перенаправит потоки влияния из Лондона в Брюссель
Почему Brexit перенаправит потоки влияния из Лондона в Брюссель
Как скажется попытка выхода Британии из ЕС на глобальной лоббистской активности, и где в этом процессе интересы Украины