Анатолий Гальчинский: «Кризис нашей экономики – это не только результат внешней агрессии»

Советник экс-президента Украины – о возможностях 2015 года и угрозах завышенного госпотребления

Анатолий Гальчинский более 20 лет является одним из ведущих экономистов Украины. Многолетний советник экс-президента Леонида Кучмы, в том числе по вопросам макроэкономики, сегодня он один из немногих оптимистов, с надеждой смотрящих на перспективы развития украинской экономики. Среди объяснений такого восприятия – уверенность, что дно может быть самым лучшим временем для роста, при условии исключения перекосов в экономике.

Анатолий Гальчинский: «Кризис нашей экономики – это не только результат внешней агрессии»
Фото: lesovod.org.ua

Год назад в общении с Forbes Гальчинский называл таким драматическим перекосом зависимость от экспорта. В начале 2014 года экономист отмечал, что у страны – деформированная структура экономики, так как больше половины ВВП образуется за счет экспорта. «Давайте будем всеми возможными инструментами расширять собственный рынок – в расчете на душу населения он самый мизерный в Европе. И здесь кроются возможности для роста. Нам необходимо начать активно осваивать механизмы разумного протекционизма, в рамках правил ВТО», – говорил Гальчинский. 

Сегодня препятствием для развития государства он называет завышенное госпотребление, уровень которого с 1999 года вырос почти в два раза. Между тем, справиться с этой проблемой можно, благодаря чему Гальчинский остается оптимистом. О рецептах по сокращению госрасходов и путях вывода страны из экономического кризиса Анатолий Гальчинский рассказал в интервью Forbes.

– Вы много лет работали советником президента по макроэкономике, и фактически были интегрированы в бюджетный процесс. Также вы в свое время возглавляли кафедру финансов Киевского госуниверситета, отдел международных валютных финансовых отношений академического института – ИМЭМО. Украина вошла в 2015 год с принятым Верховной радой законом «О государственном бюджете». Как вы оцениваете соответствующий документ?

– Однозначная позиция в этом вопросе в принципе невозможна. Но если иметь в виду сам факт принятия бюджета, его военно-оборонительную направленность, а это сегодня синтезирующая слагаемая государственной политики, то, несмотря на системные коллизии, о которых уже много сказано в прессе, в том

Действительность предусматривает стимуляцию малого предпринимательства

числе в вашем авторитетном СМИ, в принципиальном плане мои общие оценки могут быть скорее положительными. В этой позиции присутствует не только отстаиваемый мною принцип: не критиковать, а помогать (критиковать – не время), но и объективные оценки. Непринятие бюджета, помимо хорошо известных экономических коллизий, означало бы фактически начало нового политического кризиса в стране.

– За бюджет проголосовало всего 233 депутата. Треть членов коалиции не поддержали этот документ.

– Это, в моем понимании, доказательство креативных возможностей коалиции. Я больше всего боялся противоположного. Принцип «І всі як один» – принцип не развития, а деградации, загнивания. Для меня «треть – против» – это конструктивное начало.

– Но, все же, отталкиваясь от известной позиции «хорошего бюджета не бывает», давайте сосредоточимся на системных проблемах главной сметы государства, на ее макроэкономической сбалансированности. Принцип «не критиковать, а помогать» предполагает это. Тем более что бюджет по итогам первого квартала 2015 года будет пересматриваться.

– Проблемность в этом вопросе определяется тем, что принципы и механизмы макроэкономической политики, органически соединяющей в себе два начала – фискальное и монетарное слагаемые, в их взаимной обусловленности настоящего времени пока еще не сформированы даже в концептуальном плане. Доминируют лишь политические лозунги по поводу предполагаемых преобразований. Представленная месяц назад экономическая программа правительства – неопровержимое доказательство этого.

Полное отсутствие аналитических обоснований, все построено на сугубо интуитивных предположениях. Данная ситуация не могла не сказаться и на обосновании бюджета. Разница позиций правительства и НБУ по поводу прогнозируемого показателя инфляции 2015 года (13,1% – прогноз Кабинета министров, 17-18% – НБУ) – удручающий факт. А ведь это основа всей системы бюджетных расчетов.

Это же можно сказать и по поводу прогнозируемых темпов ВВП. Откуда взялась цифра – минус 4,3% – я не

Общее состояние нашей экономики – это не только результат внешней агрессии

знаю. Скорее всего, это позиция МВФ. Но специалисты хорошо знают, что прогнозы МВФ всегда существенным образом занижены. Причина понятна: кредитор себя страхует. Нам говорят о почти 20%-ном сокращении ВВП в связи с временной оккупацией наших территорий. Но и здесь импровизация. Эти действительно весьма масштабные потери учтены в исходной статистической базе расчетной динамики ВВП 2015 года. Поэтому показатель – минус 4,3% – это прогнозируемое падение ВВП на территории, исключающей Крым и зону АТО на востоке страны. Правительство не решается сказать об этом во всеуслышание.

Конечно, существуют определяемые фактически военным положением страны очень серьезные вызовы в экономике, и прежде всего в переживающем глубокий кризис ее финансовом сегменте. Но мы обязаны учитывать и принципиально новые позитивные возможности экономики этого года. Программа правительства и бюджет должны акцентироваться, прежде всего, на этом. 2015-й должен стать годом реального преодоления экономического спада, а не его углубления. Для этого существуют достаточно весомые предпосылки. Их следует реализовать.

– На чем основывается ваш оптимизм? О каких предпосылках позитивной динамики ВВП идет речь?

– Я попробую лишь обозначить отдельные из них. Это, во-первых, улучшающаяся, согласно существующим прогнозам, внешнеэкономическая конъюнктура, относительно низкие цены на энергоносители (нефть и газ), возможности расширения экспортных потоков на основе реализации соглашения о зоне свободной торговли с ЕС, а также освоение новых экспортных регионов, в том числе Беларуси и Казахстана.

В экономике нашего уровня государственное потребление не может и не должно превышать трети ВВП. Потенциал роста возможен только при этом условии

Во-вторых, весомые военные заказы предприятиям ВПК, их реанимация, превращение в ведущее звено ускорения промышленного производства и инновационного прогресса.

В-третьих, действительность предусматривает стимуляцию малого предпринимательства.

В-четвертых, реализация с учетом иностранных инвестиций восстановительных инфраструктурных и жилищно-коммунальных проектов в донбасском регионе.

В-пятых, дополнительные возможности экономического роста в связи с реализацией политики децентрализации, осуществлением мер по детенизации экономики и преодолению коррупционных потерь.

Наконец, в-шестых, наши расчеты на действенность иностранной поддержки и помощи. Этот перечень можно продолжить. Но я – о другом.

Если все это резюмируется со знаком минус 4,3% ВВП, то зачем все это? Власти не осознают, что соответствующие итоговые результаты года – это полная дискредитация осуществляемой политики, задекларированных реформ. Это, в конечном итоге, «похоронка» власти, досрочные выборы. Я думаю, этого не произойдет, и 2015-й станет годом не только политической стабилизации на востоке страны, но и годом положительной экономической динамики, реальным началом экономического роста.

Но это само собой не произойдет. Эти возможности необходимо реализовывать. Бюджет – один из важнейших инструментов решения этой задачи.

– С этим обоснованием можно соглашаться и не соглашаться. Ведь структура бюджета, его общая логика могут остаться неизменными. Вы согласны с этим?

– Это не так. Говоря о реализации предпосылок роста, необходимо учитывать общее состояние нашей экономики. Это не только результат внешней агрессии. Экономика находится в фазе глубокой депрессии более пяти лет. Самое глубокое в мире падение ВВП (14,8%) в 2009 году, далее – два года незначительного подъема, а потом опять стагнация – нулевой рост. 

В 2014 году, согласно оценкам НБУ, падение ВВП составляет 7,5%. По показателю «номинальный ВВП» в 2013 году мы опустились ниже $4000 на душу населения. Это в 3,8 раза меньше, чем в России, и в 2,9 раза меньше, чем в Беларуси.  Это в 8 раз меньше, чем в странах ЕС ($32 100). Итоговые показатели 2014 года будут еще более удручающими, скорее всего – $3000. В мировой статистике это фактически дно.

О каком членстве в ЕС при таком соотношении экономических параметров и при столь стремительно падающей экономике может идти речь? Понимают ли это наши правители? У меня серьезные сомнения по этому поводу. Для справки скажу и о том, что в 2000-2004 годах темпы роста украинской экономики (8,2% в среднегодовом исчислении) в 1,5 раза превышали российские. Это позволило тогда поднять уровень ВВП на душу населения в соотношении с Россией с 53,2% до 66,7%.

– В чем основная причина происходящего?

– Ответ однозначен: не просто неэффективность, а фактическая деградация управленческой структуры. Две позиции в этом: беспрецедентная политизация экономики во времена Ющенко и Януковича и одновременно – абсолютно непосильные для экономики перманентно растущие параметры государственного потребления. Тенизация и коррупция в их взаимозависимости основываются на этом.

На этой же основе реанимирована логика патернализма, с которой справиться сегодня мы просто не в состоянии. Как формировалась политика роста во времена Кучмы? В первую очередь за счет сокращения уровня государственного потребления: в 1995 году расходы общего, государственного и местного бюджетов составляли 44,6% ВВП, а в 1999 году – 26,7%.

Очень хорошо знаю, какой ценой достигались эти результаты.  Экономили буквально на всем. А что сейчас? По предварительным данным, уровень государственного потребления с учетом бюджетных расходов и расходов Пенсионного фонда составил в 2014 году 52% ВВП. Согласно опять-таки предварительным оценкам

Нулевой, а не минус 4,3% показатель ВВП в 2015 году – это плюс 74 млрд гривен, и одновременно адекватное снижение удельного веса госпотребления. Также налицо неиспользованные возможности сокращения управленческих расходов

(ведь мы еще не знаем уровня расходов местных бюджетов и Пенсионного фонда), этот показатель увеличится в 2015 году еще на 3-4%. О какой политике роста при таком уровне госпотребления может идти речь? У нас катастрофически падает норма накопления. Для 6%-ного роста ВВП необходимо 35-37%. У нас же, по данным официальной статистики, этот показатель в 2011 году составлял 21,5%, в 2012 году – 17,9%, в 2013 году – 15,9%. Все взаимосвязано.

Какой выход? Он существует. Нулевой, а не минус 4,3% показатель ВВП в 2015 году, о котором мы говорили. Это плюс 74 млрд гривен, и одновременно адекватное снижение удельного веса госпотребления.

И еще одно: налицо неиспользованные возможности сокращения управленческих расходов. Убежден – с учетом существующей ситуации корректнее было бы вести речь не о 10%-ном, а, по меньшей мере, о 30%-ном сокращении госаппарата. Это отдельная тема, и я не хочу говорить об этом скороговоркой.

Не затрагивая при этом наиболее болезненные для общества социальные ассигнования, мы обязаны хотя бы на 3-4% сократить уровень госуправления. Для нас, особенно для инвестиционного сообщества, было бы очень важно зафиксировать эту тенденцию в предполагаемых корректировках бюджета. Мы должны зафиксировать этим нашу приверженность либеральной парадигме экономических преобразований, показать наше понимание того, что большое государство – это отражение неэффективного государства.

В принятом законе о бюджете речь фактически идет о противоположном. Думая о предполагаемых коррекциях бюджета, следует, как мне представляется, сосредоточить внимание на этой проблеме. Общее правило в этом вопросе экономистам известно: в экономике нашего уровня государственное потребление не может и не должно превышать трети ВВП. Потенциал роста возможен только при этом условии. Иного просто быть не может.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Государство
Давос, Трамп и Украина: какие геополитические тренды обозначил WEF-2017
О чем говорили украинские делегаты, и что зарубежная элита думает об украинских реалиях
Кризис в Гамбии: армия Сенегала меняет президентов
Соседи «улыбающейся» африканской страны смещают проигравшего выборы правителя под дулами автоматов
Год без транзита: удалось ли грузам найти путь в обход РФ
А Украине – дать достойный экономический и правовой ответ на транспортную блокаду
Все материалы раздела
FORBES В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ
Комментариев 0
Войдите, чтобы опубликовать комментарий
Выбор редактора
Частное и честное: 5 книг декабря
Частное и честное: 5 книг декабря
На какие новинки художественной литературы стоит обратить внимание в этом месяце
Как израильская армия стала 	«кузницей стартапов»
Как израильская армия стала «кузницей стартапов»
Бывшие бойцы загадочной израильской службы киберразведки — подразделения 8200 — создали около 1000 начинающих IT-компаний. Именно им Израиль во многом обязан имиджем «нации стартапов»
Хождение по кругу: как в Минфине переписывают Налоговый кодекс
Хождение по кругу: как в Минфине переписывают Налоговый кодекс
И почему депутаты настаивают на проведении разового декларирования
Олигархи под подозрением: кому нужен Архив клептократии и почему в него попали лишь «избранные»
Олигархи под подозрением: кому нужен Архив клептократии и почему в него попали лишь «избранные»
Украинские публичные персоны готовы оспаривать данные, опубликованные в Архиве
Сейчас на главной
Давос, Трамп и Украина: какие геополитические тренды обозначил WEF-2017
Давос, Трамп и Украина: какие геополитические тренды обозначил WEF-2017
О чем говорили украинские делегаты, и что зарубежная элита думает об украинских реалиях
Третья сила: частную газодобычу ждет очередной передел сфер влияния
Третья сила: частную газодобычу ждет очередной передел сфер влияния
В борьбу за украинский газ уже совсем скоро может включиться «группа Петра Порошенко»
Новые вершины участников рейтинга Forbes «30 до 30»
Новые вершины участников рейтинга Forbes «30 до 30»
Год назад редакция «Forbes Украина» впервые представила рейтинг «30 до 30»
Кризис в Гамбии: армия Сенегала меняет президентов
Кризис в Гамбии: армия Сенегала меняет президентов
Соседи «улыбающейся» африканской страны смещают проигравшего выборы правителя под дулами автоматов