Выборы-2014: битва тяжеловесов

Почему проголосовать «за премьера» украинцам оказалось проще, чем «за президента»

Именное «брендирование» президентской партии сразу же решило проблему узнаваемости и обеспечило высокий начальный рейтинг этой политической силе. Но, как и в бизнесе, погоня за высокими процентами таит в себе соизмеримо высокие риски, в данном случае – для обоих политических субъектов.

Выборы-2014: битва тяжеловесов
Президент Украины Петр Порошенко во время брифинга в пресс-центре штаба партии «Блок Петра Порошенко»
Украинское Фото

Для президента, который дал свое имя партии, парламентские выборы превращаются в своеобразный вотум доверия со стороны избирателей, ибо результат президентской партии однозначно интерпретируется как уровень поддержки президента избирателями. В этом отношении любой результат ниже 30% для БПП трактовался бы как неудача, а неполные 22% и второе место – это очевидное политическое фиаско Петра Порошенко.

Что же касается самого Блока Петра Порошенко, то партия стала заложником политической линии президента, усугубленной наличием одного политтехнолога на двоих – Игоря Грынива. То, что лично у Порошенко может восприниматься как политическое лавирование (особенно, в вопросах войны и мира), для политической партии во время предвыборной гонки кажется отсутствием твердой позиции.

Кроме того, БПП не выглядела сплоченной командой, и тем более – «командой президента»; спикеры Блока никак не расширяли образ за рамки «президентской партии».

То, что лично у Порошенко может восприниматься как политическое лавирование (особенно, в вопросах войны и мира), для политической партии во время предвыборной гонки кажется отсутствием твердой позиции

Ну, и самая настоящая катастрофа произошла с рекламной кампанией БПП. С одной стороны, месседжи были вполне понятными: президентская партия – это люди, которые вместе с президентом гордятся тем, что они украинцы, и призывают всех, кто разделяет эту гордость, объединятся вокруг президента и его партии. Такую постановку вопроса можно обсуждать, но с ней нет смысла спорить: это политическое решение о позиционировании.

Но, с другой стороны, рекламная кампания не дала ответа на главный вопрос: ради чего необходимо объединятся вокруг президента и его партии? Не были даны, что называется, «образы будущего»: избирателю, фактически, предложили подтвердить свой выбор от 26 мая: мол, а теперь, когда у президента будет парламентское большинство, он сможет выполнить свои обещания.

Последний этап предвыборной кампании БПП имеет вполне однозначное и точное определение, но, к сожалению, нецензурное, поэтому его лучше заменить на цивилизованное epic fail. Слоган «Голосуй за победу! За мир!» – это хуже, чем «в минус»: это – полная дезориентация своего избирателя. Это возврат в наивные политтехнологии начала 1990-х, когда взаимоисключающие обещания предполагали увеличение поддержки, но заканчивались потерей «и одних, и других».

Двадцать лет спустя мало что поменялось: цель – собрать под одной политической крышей в достаточном количестве сторонников «мира любой ценой», «достойного мира», «мира с позиции силы» и «мира после победы» БПП не удалось. В том числе и потому, что Петр Порошенко достаточно непоследовательно «перепрыгивал» с одной позиции на другую.

Также можно отметить, что попытка президента в последнюю неделю идеологически поконкурировать с национал-патриотическими силами (например, заявление про «бандеровскую Одессу» или «отечественную войну 2014 года» на Востоке) не только не достигла прямой цели, но и оттолкнула часть ненационалистического электората.

Столь же неудачной оказалась несколько наивная попытка президента продемонстрировать, что подача тепла в дома осуществляется по его инициативе (через вице-премьера по ЖКХ Владимира Гройсмана, шедшего 3-м номером в списке БПП): обещанных к дню выборов горячих батарей дождались далеко не все. 

Как итог – полный крах замысла «пропрезидентского большинства» в составе порядка 180 членов БПП плюс мажоритарщики, в котором «Народному фронту» (и, тем более, остальным политическим силам) отводилась роль сателлита; неотъемлемой частью коалиционного соглашения должно было стать выполнение президентских программ, в первую очередь – «Стратегии-2020». Более того, внутри формирующейся коалиции пяти партий (Блок Петра Порошенко, «Народный фронт», «Самопомич», Радикальная партия Олега Ляшко, «Батькивщина») у БПП не будет большинства.

Таким образом, с момента блестящей победы 26 мая 2014 года с результатом почти в 55% Петр Порошенко прошел минимум половину пути до «хромой утки». Правда, пока что это – не приговор, а предупреждение.

Кроме того, командой президента явно преувеличивалась организованность электората Петра Порошенко. Победу на президентских выборах ему принесли три группы избирателей: голосовавшие непосредственно за него, голосовавшие за него как за меньшее зло, и голосовавшие за него как за кандидата, способного победить уже в первом туре. В результате провальной парламентской кампании с президентом остался, преимущественно, только его ядерный электорат.

«Народный фронт», сформированный вокруг Кабмина, производил впечатление намного более сплоченной команды, нежели БПП, который формировался по многочисленным квотам спонсоров

Премьер-министр Арсений Яценюк, возглавив список «Народного фронта», в политическом смысле рисковал не меньше, чем президент. Более того, представив в политической рекламе парламентские выборы как выборы премьер-министра, Арсений Петрович пошел ва-банк… и выиграл! Но меньше всего эту победу можно отнести на счет предвыборной рекламной кампании.

Политическая реклама «Народного фронта» была достаточно слаба и шаблонна. Но, как и в любом соревновании, абсолютные оценки вторичны по сравнению с относительными. Так вот, на общем фоне политреклама НФ смотрелась, что называется, «вполне на уровне», а на фоне БПП – так просто образцово.

Выборы-2014: битва тяжеловесов
Премьер-министр Украины Арсений Яценюк во время брифинга в штабе партии «Народный фронт»
Украинское Фото

И здесь ключевым становится «фон» Блока Петра Порошенко. Электоральная конкуренция БПП и НФ была заложена изначально – как продолжение политической конкуренции президента и премьер-министра. В рамках нынешней политической культуры такую конкуренцию с неизбежностью предопределяет парламентско-президентский тип республики, прописанный в действующей редакции Конституции.

И невероятная даже накануне дня голосования победа НФ над БПП стала следствием не лучшей рекламной кампании либо какого-нибудь другого элемента предвыборной конкуренции. Она стала следствием большого количества малых побед. Так, НФ, сформированный вокруг Кабмина, производил впечатление намного более сплоченной команды, нежели БПП, который формировался по многочисленным квотам спонсоров.

В отличие от метаний президента между «миротворчеством» и «милитаризмом», Арсений Яценюк и сотоварищи заняли намного более жесткую позицию по отношению к России, в которой даже фарсовый проект «Стена» смотрелся вполне последовательно.     

Жесткая позиция премьера по газу является, даже по мнению европейцев, неконструктивной, но ведь и президент своим «конструктивом» ничего не добился, только, по мнению «патриотов» лишний раз унизился.

В этом контексте наличие большого количества командиров территориальных батальонов в составе списка позволило «Народному фронту» получить «активы» от неудачной войны в виде «публичных героев», оставив президенту «пассивы» в виде неудачных кадровых назначений «силовиков» и их бездарных решений.

Не нужно забывать и фактор валютной политики НБУ: недовольство миллионов граждан невозможностью купить доллары канализируется в недовольство президентом, чьим назначенцем является глава НБУ Валерия Гонтарева.

Сюда же добавьте лучшую согласованность заявлений членов списка НФ, меньшее количество одиозных фигур в многомандатном и одномандатных округах, нежели у БПП – в результате сработал классический закон диалектики о переходе количества в качество.

В ситуации, когда президентская фракция не будет доминирующей ни в парламенте, ни даже в рамках коалиции, вступает в силу тот факт, что в рамках парламентско-президентской республики у премьера в руках оказываются мощные экономические рычаги «общения» как с лидерами фракций, так и с их политическими спонсорами, а также – отдельными мажоритарщиками. Это – государственный бюджет. В нашем конкретном случае – бюджет-2015, который еще вполне можно перекроить – в соответствии с позициями отдельных групп влияния.

У президента – в рамках действующей конституции – имеются лишь слабые политические рычаги.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Лидеры мнений
Гарвард, немного MTI и «госдеповские печеньки»: где учат лоббистов в США
Вероятное будущее украинского лоббизма на примере двух формаций западного лобби
3396
Оттолкнуться от дна: на чем банки будут зарабатывать в обозримом будущем
Банкиров подталкивают к активным действиям и смене источников дохода
2566
Судебные новеллы: чего ждать Украине от реформы правосудия
О преимуществах и недостатках нового закона Украины «О судоустройстве и статусе судей»
982
FORBES В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ
Комментариев 0
Войдите, чтобы опубликовать комментарий
Последние мнения
Судебные новеллы: чего ждать Украине от реформы правосудия
О преимуществах и недостатках нового закона Украины «О судоустройстве и статусе судей»
Оттолкнуться от дна: на чем банки будут зарабатывать в обозримом будущем
Банкиров подталкивают к активным действиям и смене источников дохода
Гарвард, немного MTI и «госдеповские печеньки»: где учат лоббистов в США
Вероятное будущее украинского лоббизма на примере двух формаций западного лобби
Что происходит с банкингом VIP-класса
Итоги исследования «Бизнес Private Banking в Украине-2015»
Мясная экспансия: сможет ли Украина торговать с Китаем продукцией животноводства
И какие барьеры стоят на пути украинских товаров в КНР
О чем говорят итоги Евро-2016
И какие уроки стоит усвоить украинскому футболу
Как достичь фискальной справедливости в Украине
И почему налоговая реформа должна стать предметом широкой общественной дискуссии
Пивное регулирование: производители ждут послаблений
Пивовары рассчитывают на упрощение лицензионных процедур